Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 76 – Екатерина Алешина

— …еще и на язык уж больно остра. Да и нравом, видимо, строптива, – промолвил князь без улыбки.

Он все еще стоял к ней слишком близко. Запах девицы волновал его, побуждал прикасаться к ней. Хотелось вдыхать его. А лучше – почуять вкус на языке. Провести дорожку от ключицы к шее. А потом спуститься в ложбинку промеж полных грудей. Ничего поделать князь с собой сейчас не мог: эти думы не желали покидать его голову и с каждым мигом, проведенным с рыжекосой иномирянкой, становились все назойливей. Уходить надобно. Эти малахитовые глаза имеют странную власть, которую их обладательница, похоже, даже не осознает.

Кто же ты такая? И что с тобой не так?

Драгомир вдруг прикоснулся к ее щеке, провел большим пальцем. Как раз там, где белела полоска муки. Так и есть: кожа точно шелковая. Девица застыла изумленно, а затем дернулась и назад шагнула.

— Ты чего это? – воскликнула она удивленно.

— У тебя щека мукой испачкана, – молвил Драгомир, а сам куда-то мимо нее смотрит.

Князь резко развернулся и спешно покинул горницу.

Ее нужно отправить домой. Пока она, как яд, не проникла ему под кожу, не добралась до сердца. Пока грешные думы о ней не вытеснили из его головы все остальное.

Драгомир никогда не лгал самому себе, не кривил душой. Что-то в Радосвете было такое неуловимое, что неумолимо его манило, как мотылька на свет. Эта девица не ведала, сколь она опасна. Сколь губительны для молодца ее глаза, смех да голос ласковый. О, этот голос… лучше бы он его не слышал! И этот запах, что пробуждает потайные желания… Вкусно. Сладко. Маняще.

Нет! Девицу точно нужно отправить с глаз долой. Пока еще не поздно. Пока Драгомир еще принадлежит самому себе.

Князь ушел. Он ступал так быстро, будто бежал из этой горницы, будто здесь не Радосвета стояла, а полчище злобных чертей. Да и те вряд ли его напугали бы. Достал бы верный меч да зарубил всех до единого.

Драгомира не страшили чудовища, не пугала нечисть. А вот те чувства, которые бередила в нем Радосвета, пугали до оторопи. И он от них бежал. И надеялся, что никогда боле их не познает. Отныне Драгомир сам своему сердцу хозяин. И рыжекосая невеста этого не изменит.

* * *

Радосвета растерянно смотрела через отворенное окно, как идет Драгомир со двора. Он что-то молвил на ходу Ведагору и шага не сбавил.

Его прикосновение все еще горело пламенем на ее щеке, искрилось лаской на коже. Прикосновение, от которого нутро ведуньи вспыхнуло томительным жаром и теперь тихо тлело, что слабый огонек в печи. Сердце заполошно дрожало в девичьей груди, что раненая птица. Оставалось лишь надеяться, что князь не заметил ее смятения, что ничего не разумел.

Сколько ни представляла себе Радосвета великого князя, а все ж не смогла не поразиться, увидев его живьем. Да, раз увидев Драгомира, нельзя уже никак его забыть. Князь оказался добротного роста, крепок и могуч телом да широк в плечах – косая сажень, не меньше. Длинные светло-русые волосы мужчины держала кожаная повязка-очелье с оберегами, короткая борода была аккуратно подстрижена, а глаза… Как глянешь в них, так и потеряешься. Они горели золотым пламенем, и зрачок у них был вытянутый, узкий, будто хищный. Змеиный. Ведь перед ней стоял сам Великий Полоз – царь всех змей. И не могла шелохнуться Радосвета, глаза отвести была не в силах. Золотые омуты затягивали, что водоворот, не оставляли возможности выбраться. Великий князь источал силу и власть, и казалось, что лишь один его взгляд может лишить жизни или помиловать. Хотя кто ж знает, вдруг он и в самом деле может взглядом убивать?