Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 77 – Екатерина Алешина

Кожа Драгомира, серо-золотистого цвета, и впрямь выглядела змеиной. Странно смотрелся с ней князь. Непривычно и чуть пугающе. И все же боле его змеиной кожи Радосвета боялась того, что ее жизнь сейчас в руках Драгомира.

Князь пугал Радосвету и в то же время необъяснимо манил. И сама она разуметь не могла: как может один человек бередить в ней такие разные чувства? Разве возможно это?

Скорей бы вернуться домой. Да, ей точно нужно домой на Урал, пока не стало слишком поздно. Только отчего-то эта мысль уже не вызывала былую отраду.

Под покровом ночи Радосвета вновь отправилась к старому дубу. Ей по нраву было сидеть, опираясь спиной о его могучий и широкий ствол, думать о своем, о насущном и чуять, как поначалу тянет дерево часть ее сил, а потом своей с нею делится. Так и обменивались они силами, и, может быть, от этого Радосвете в самом деле становилось лучше день ото дня.

Дуб тоже стал меняться. Понемногу, едва заметно, но Радосвета видела эти изменения, и ей было ведомо, что причина им – она сама. Почерневшая сторона ствола, начиная с корней, стала понемногу возвращать свой прежний вид. Каждый день вершок^[18] за вершком чернота отступала, и хворое дерево медленно, но верно шло к исцелению. Может быть, когда-нибудь этот дуб вновь станет прежним, каким и был, будто бы не ведал он проклятия.

Сегодня поутру Радосвета вдруг осмыслила, что исчезла за ее спиной черная тень смерти. Неужели свыше ей позволили еще пожить? Думы об этом ее окрыляли и дарили робкую надежду на то, что жизнь ее обязательно наладится. Только бы унять кровоточащие раны на сердце…

Сегодня поутру к ней приходила знакомиться Заряна – младшая сестра Драгомира. С князем она была схожа чертами лица, только у девицы они тоньше были да нежнее. В остальном Заряна, по ее словам, боле походила на мать: темно-русые волосы, заплетенные в косу, малахитово-зеленые глаза, совсем почти как у Радосветы. Только лишь вытянутый узкий зрачок говорил о том, что перед ней – наследница крови малахитниц.

Радосвету удивил приход княжны. Ей было неясно, к чему княжне знакомиться, ежели Драгомир оставлять Радосвету не намерен. Ведунья про себя рассудила, что причина тому – вездесущее любопытство, что еще не оставило в покое ни одну женщину на свете, будь это хоть Земля, хоть Аркаим.

Заряна, которой по весне минуло семнадцатое лето, с превеликим любопытством расспрашивала у Радосветы о мире Земли, слушала ее изумленно. А самой ведунье было страсть как любопытно разузнать о Драгомире, но спросить она не решалась. Потом все же набралась смелости да спросила:

— Ежели я невеста полоза, выходит, что Драгомир не женат?

Заряна смутилась.

— Не женат. Вдовец он. Но… пусть он сам тебе расскажет об этом. Мне кажется, я не в праве.

— Как скажешь, – согласилась Радосвета, но про себя помыслила, что вряд ли осмелится узнать у князя о такой его судьбе.

— Но у него есть наложницы, – огорошила новостью Заряна. – Их не так уж и много. Чаруша, Людмила, Красимира, Беляна и Звенимира. Людмила и Беляна – добрые девушки, Чаруша – та еще гусыня, Красимира вечно смотрит на Драгомира, как собака на хозяина. И все время любит всем рассказывать, как она в князе нашем души не чает. Как по мне – пустомеля она и подлиза. А вот Звенимира… хитрая. И себе на уме. Коли случится ее повстречать, так лучше сразу себя выше поставить, а иначе… А еще сварливая она. И та еще попрешница – только дай повод поспорить. Но при Драгомире она, конечно, смирная. Но я ее всю насквозь вижу. Будь осторожна с ней. Не рады они будут твоему появлению, девица-красавица. Уж сколько лет они наложницы, и князь ни на одной так и не женился. А тут – раз, и невеста. Да еще и с Земли. Никто так и не понял, как тебя угораздило. Уж все девицы Златославии теперь завидуют тебе…