Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 74 – Екатерина Алешина

Всемила на упрямство Радосветы покачала головой да разумела, что бесполезно спорить с этой девицей, а потом и вовсе решила, что так даже лучше: пусть узреет князь, какая невеста ему досталась трудолюбивая и умелая. В душе старой женщины тлела надежда, что все же оставит князь у себя Радосвету. Не дело это – от такой невесты пригожей отказываться.

Встретил Златоград торжественно великого князя, что пришел с победой. Вскоре по этому случаю ожидалось празднество, широкий пир с лучшими яствами. Уладив неотложные дела, Драгомир поспешил к дому волхва. Его ждала встреча с невестой.

Неспокойно было на душе у князя. Томление не давало забыться, все стучалось в его сердце и стучалось. Великий князь не в силах был даже самому себе предельно честно ответить на вопрос: что собирается он делать с нежданной невестой? В душу его закралось смятение, и какое-то смутное тревожное предчувствие велело не спешить с решением.

На подходе ко двору Драгомира радостно встретил волхв и все ему подробно поведал о той ночи, когда девица иномирная явилась, да о самой невесте словом обмолвился добрым.

— Говоришь, нет в ней ни следа ведовства? – переспросил Драгомир.

Волхв развел руками.

— Ни единого, князь. Сколько ни смотрел я. Так и не понял никто, как же она песнь твою услышала. Но недаром твоя мать ее еще до рождения тебе сосватала. Видела Василинушка, какая девица народится славная. Хороша девица князь, ой как хороша! Лицом красива, телом ладна, характером пригожа! Все в руках ее умелых спорится. А уж ум какой острый!

— Как она себя чувствует? Сильно хворает?

— А ты знаешь, ей получше с той поры, как у нас она очутилась. В первые дни еще тяжко девице было, все жаловалась, что болит нестерпимо в груди и голове, лежала больше. Я ее снадобьями своими отпаивал, а потом потихоньку-потихоньку, день за днем она на поправку пошла. Того гляди, отпустит ее недуг. Может, и не стоит ее отправлять обратно-то? Сгинет ведь девица почем зря. Жалко ее. Ты только того… поласковей с ней. Хорошая она и ни в чем ведь не виновна перед тобой.

— Разберемся, – ответил Драгомир и направился во двор.

Сердце ускорило свой бег, и грудь налилась странным томлением. И в голове было пусто – ни одной мысли не осталось.

Он застал Радосвету около стряпной. Она срывала с грядки зеленые перья лука, что-то промолвила с улыбкой рядом стоящей девице, засмеялась. Ее звонкий смех зацепил нутро князя, будто кошка лапой, задел играючи. Она услышала шаги и тут же обернулась. Улыбка покинула ее лицо. Девица замерла, встала как вкопанная, казалось, вздохнуть боится. Их глаза встретились. И в груди великого князя будто лопнула струна. На краткий миг он позабыл обо всем, что их окружало, позабыл о людях, что стояли рядом.

С тех пор как он видел ее в последний раз, Радосвета и впрямь стала выглядеть лучше – подобрела^[17] телом и лицом, отчего не выглядела нынче усталой, исчезли тени под глазами. Ее взгляд стал ясным, лучистым, лишенным нездорового блеска. Пребывание в Златославии явно пошло этой девице на пользу. Она и раньше будила у князя ненужные ему чувства, а теперь, одетая как девица златославских земель, и подавно. Это Драгомиру было совсем не по нраву.

— Потолковать нам нужно. Иди за мной в горницу, – молвил Драгомир Радосвете и направился в избу волхва.