Онлайн книга «Молчаливый мальчик»
|
— Премного благодарен, сэр. — Тогда я прямо сейчас переговорю с управляющим. А также с Джарсделом. Они обеспечат вас всем, чем нужно. Если захотите, они даже могут привезти ваши вещи из гостиницы «Лебедь с двумя шеями» и оплатить счет. – Малборн обратил на Сэвилла взор ясных светлых глаз. – Прошу меня извинить, сэр, но у вас усталый вид. В любом случае вам явно не помешает хороший обед и крепкий ночной сон. Родной очаг для дома – то же самое, что душа для тела. Разве нет? Сэвилл смотрел на закрытые ставни дома на Найтингейл-лейн. Он стоял на углу улицы, откуда были видны высокие трубы кухни и пекарни. Дым из кухонной трубы не шел. Сэвилл в предчувствии радушного приема ждал встречи с родным домом с тех пор, как покинул Лондон. Без своих обитателей дом казался холодным, как труп. Сэвилл упрекал себя за глупость. Ведь он отлично знал, что дом будет пустым, и грустить при виде доказательств тому было иррационально. Однако все его чувства решительно отказывались вести себя рационально. Сэвилл не стал заходить к миссис Форстер – экономке, которая присматривала за домом в отсутствие семьи, хотя это было бы демонстрацией не только хорошего воспитания, но и наличия здравого смысла. В свое время миссис Форстер была экономкой у адвоката из Линкольнс-инн[11] и с возрастом приобрела привычку болтать о великолепии и забавных особенностях прежней работы, ну и конечно, о множестве других вещей, интересовавших почтенную даму, коль скоро они касались ее особы. Миссис Форстер была доброй женщиной и очень порядочной, совершенно незаменимой в том, что касалось управления домом, но если начинала молоть языком, то остановить ее было практически невозможно. К тому же она страдала глухотой, и, когда они беседовали с сестрой Сэвилла, их голоса разносились по всему дому. Экономка квартировала не у них, за что Сэвилл не уставал благодарить Всемогущего Господа, а занимала самый маленький домик в переулке, где жила со своей племянницей – несчастной молодой особой, которую все вокруг не без оснований считали родной дочерью миссис Форстер, прижитой ею от прежнего работодателя. И, чтобы не идти под окном гостиной миссис Форстер, Сэвилл прошел к своему дому по пешеходной дорожке, соединявшей Найтингейл-лейн с одной из новых дорог к северу от Бедфорд-сквер. Вынув из кармана ключ, он отпер низкую дверь в стене вокруг дома. Дверь выходила в огород. Слева находился сам дом; к нему примыкала нижняя часть крыши конюшни с мансардным этажом. Арочный проход по правую руку вел в садик, за которым был разбит фруктовый сад. Сэвилл прошел в дом через дверь в судомойню, ключ от которой обычно прятали под камнем во дворе. Воздух внутри казался сырым и прохладным, поскольку камины уже несколько дней стояли холодными. Голый кухонный стол был чисто выскоблен. Толстые стены почти не пропускали звуков, если не считать тиканья часов в холле. Окна в самых больших помещениях были закрыты ставнями, но благодаря пробивавшемуся сквозь щели свету Сэвилл легко находил дорогу. Он заглянул в комнаты на нижнем этаже исключительно из желания увидеть их снова, так как прекрасно знал, что там никого нет. После чего поднялся к себе в спальню, где в шкафу его ждала чистая рубашка. Напоследок он зашел комнату, где занимался делами или просто читал, когда хотел побыть в одиночестве. Сестра не без гордости называла эту комнату читальным залом. |