Книга Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения, страница 187 – Роберт Дарнтон

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения»

📃 Cтраница 187

Я начал заниматься коммерцией с лучшими намерениями, ожидая честного ведения дел. К несчастью, я доверился людям, казавшимся мне надежными, которые злоупотребили моим расположением и нанесли мне ущерб крупными банкротствами. Происхожу я из достойной семьи, отец мой – книготорговец и один из самых уважаемых граждан Кана. Невзгоды поглотили все мои наличные деньги, но упорным трудом и экономией я за небольшой срок смогу наладить дело, поскольку у меня самый широкий и разнообразный ассортимент книг во всей Нормандии.

Лакуна в сохранившейся переписке не позволяет установить, о чем в итоге Манури договорился с Обществом, но к середине 1781 года они возобновили деловые отношения. В октябре он выплатил 250 ливров, по-видимому в счет старого долга. Когда в августе 1782 года Общество подвело баланс его нового счета, то выяснилось, что он задолжал 1911 ливров, из которых согласился признать 1833 ливра и предложил покрыть их шестью векселями с разными датами выплат вплоть до февраля 1784 года. Такая необычайно большая отсрочка была ему необходима, «чтобы по чести все точно выплатить».

Несмотря на долгую отсрочку, Общество приняло предложенные условия. Однако в марте 1784 года, когда подошел срок выплат по первой расписке, Манури отказался это сделать, дав «слово чести» предоставить нужную сумму через три месяца. Невшательцы попытались надавить на него через местного негоцианта, но это не дало результатов. Тогда они обратились к парижскому банкиру и сборщику долгов Батийо-старшему, который специализировался на выбивании денег у злостных должников в сфере книготорговли. План оказался действенным, и, под нажимом со стороны Батийо, Манури пусть неохотно, но выплатил деньги по следующим трем обязательствам. «Мне не в чем себя упрекнуть, за исключением чрезмерного доверия; моя душевная доброта причинила мне жесточайшие страдания». Пятое обязательство на выплату 300 ливров опять осталось невыполненным. Тогда Общество наняло канского юриста по фамилии Лесюэр, чтобы заставить Манури заплатить, пригрозив ему судебным преследованием. В итоге книготорговец покрыл долг тремя новыми расписками, каждая на 100 ливров. Когда в мае 1785 года подошел срок по шестому обязательству, Лесюэру действительно пришлось добиваться уплаты по суду. К тому времени Общество давно отказалось поставлять Манури новые партии книг и предупредило, что не будет вести с ним «переписку, в равной степени тягостную и неприятную».

Вторым примером длительного процесса, связанного с неуплатой долгов и переговорами по их реструктуризации, могут служить отношения Типографического общества Невшателя с Никола Герлашем, одним из самых низовых представителей книжной индустрии[602]. Уроженец Тьонвиля, он начинал как дубильщик. Кожевенные работы побудили его заняться переплетным делом, переплеты – стать книгоношей, что, в свою очередь, привело к контрабандным перевозкам через границу запрещенных сочинений и, в 1767 году, к тюремному сроку. Выйдя из тюрьмы, он вернулся к ремеслу дубильщика. И тут судьба ему улыбнулась: он женился на молодой женщине с хорошим приданым 100 луи (2400 ливров). Вместе они решили открыть в Меце книжную лавку и переплетную мастерскую, пустив на это весь имевшийся у них капитал: 803 ливра они отдали за лицензию на торговлю книгами, дававшую Герлашу право легально заниматься индустрией, 400 ливров – за аренду дома, 300 ливров – на устройство книжной лавки, 600 ливров – на приобретение кож и инвентаря для переплетного дела и 300 ливров – «на обзаведение необходимой для молодоженов обстановкой». Книги он рассчитывал получать от брюссельского издателя и оптового книготорговца Жана-Луи Бубера, но они вскоре рассорились из‑за стоимости доставки и других расходов. Через Бубера Герлаш вошел в контакт с Типографическим обществом Невшателя, которое попросил стать его поставщиком. У него отличные перспективы, заверял он. Хотя в 1771 году, то есть в первый год существования лавки, продажи были невысокими, переплетная мастерская процветала. А еще он открыл читальный кабинет – коммерческую библиотеку, которая привлекла 150 подписчиков и давала по 100 экю (300 ливров) в месяц. Он сам усердный работник, и его молодая жена трудится с ним бок о бок, будучи, как он с гордостью писал, «рождена для труда и коммерции». Общество могло рассчитывать на его хорошее поведение: он не берет в рот спиртное и, главное, всегда вовремя оплачивает счета. «Я скорее погибну, чем позволю, чтобы мой вексель был опротестован», – уверял он.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь