Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 145 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 145

Чарльз Хан, обсуждая возникновение апейрона у Анаксимандра, говорит о таком понимании отношений между элементами как метафоре враждебных воинов на поле боя. Хан объясняет:

Если, говорит Аристотель, огонь становится воздухом, а воздух становится водой, это происходит потому, что сухое было «одолено» (κρατηθέν) влагой, горячее холодным. <…> Эта отсылка к преодолению (κρατεῖν) одной противоположности другой предполагает старое их понимание как δυνάμεις, как активных сил. Та же метафора возникает, когда подавление какого-либо качества называется «разрушением» или «деструкцией», φθορά[694].

Перед нами метафора, безусловно напоминающая гражданскую войну в полисе, которую исследовала Лоро. Но эта вражда, если бы она не была приторможена, привела бы к финальному господству одного элемента над другими, к исчезновению его противоположностей и к наличию лишь воды, или только огня, или исключительно воздуха.

Апейрон – не элемент, он «начало», из которого возникают элементы и в которое они возвращаются[695]. Он окружает и обволакивает все, в том числе и элементы. Вернан называет его посредником между элементами. Тем самым апейрон поднимается над схваткой элементов и начинает занимать центральное место между ними. Вернан считает, что власть апейрона в чем-то напоминает власть монарха:

Роль, отведенная Анаксимандром апейрону, – делать возможным мир, основанный на равновесии сил, взаимодополняемости позиций – таким образом позволяла представлять космос согласно круговой пространственной схеме, в которой центр, а не верх или низ, является точкой отсчета. Под властью апейрона все элементы должны отныне взаимодействовать, все dunameis – вращаться вокруг одной и той же центральной точки. Этот центр самой своей центральностью представляет эгалитарный порядок, господствующий во всей космической системе; он выражает тот тип равновесия, который позволяет править апейрону, и воплощает его в себе. Центр тут определяет его isorropia, его homoiotès, его isotés, точно так же как апейрон определялся его свойством быть посредником между различными элементами. Таким образом, о центре, как и об апейроне, можно сказать, что он составляет не столько особую точку в космическом пространстве – idion, сколько общий элемент, осуществляющий медиацию между всеми точками пространства, κοινὁν, к которому отсылают все конкретные точки и который всем им дает меру. Будучи землей, Гея – несомненно один элемент среди прочих. Но что касается ее места в пространстве, она занимает особое положение, выделяющее ее из других. Помимо апейрона – неизменного и вечного, все в космосе – это движение, изменение, преобразование; все перемещается, приближается и удаляется. Земля же неизменно остается на своем месте. Почему? Потому что под властью апейрона мир предстает сцентрированным, а земля как раз и занимает его центр[696].

Любопытно, что «обволакивание» некоторых досократиков у Анаксимандра уступает место чистой геометрии – центральности. Ипполит так излагает взгляд Анаксимандра на неподвижность парящей в пространстве земли: «Земля – парящее тело, ничто ее не держит, на месте же она остается вследствие равного расстояния от всех [точек периферии космоса]»[697]. Вернан видит в этом радикально новую концепцию власти, совпадающую с представлением о космосе. Власть, как в истории Геродота о Меандре, помещается в центре, на равном расстоянии ото всех и таким образом обезличивается и становится общей, распределенной властью полиса. Но именно такое понимание власти неизбежно предполагает пространство (территорию), в отличие от того, что считает Суриков. Территория – это пространство (хора), соотносящееся с центром, где возникает сообщество и покоится его власть. Именно в хоре различия, по идее, должны устраняться. Но одновременно именно тут из безвидного начала – апейрона – возникает борьба оппозиций, которая приводит к безостановочному производству полисных субструктур и сложных идентичностей граждан. Центр – это место неразличимости, от которого по направлению к краям разворачивается постоянное движение инаковости и различия.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь