Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 437 – Василий Цветков

Благочинному следовало «наблюдать, чтобы священниками: возможно чаще совершались богослужения; посещались раненые; напутствовались умирающие; хоронились с подобающей честью умершие… чтобы ни один госпиталь и лазарет и ни одна воинская часть Корпуса не оставалась без пастырской помощи». «Корпусные благочинные наблюдают за тем, чтобы духовенство частей армии находилось возможно ближе к воинским частям, при Штабах полков или при перевязочных пунктах, но отнюдь не в глубоком тылу – в обозах 2-го разряда»^[704].

Так проходила церковная жизнь на территориях белых правительств в 1918–1920 гг. В условиях гражданской войны, казалось, должна была остановиться церковная жизнь, ненужной становилась проповедь любви и милосердия. Но и в это трагическое для нашего Отечества время Русская Православная Церковь не осталась в стороне от происходящего. Более того, в это время гораздо острее, напряженнее стала чувствоваться необходимость пастырского наставления, нравственной помощи русским людям. Как писал выдающийся церковный мыслитель и проповедник Святитель Феофан Затворник Вышинский еще в середине XIX столетия: «Сколько знамений показал Господь над Россией, избавляя ее от врагов сильнейших и покоряя ей народы! Сколько даровал ей постоянных сокровищниц, источающих непрестанные знамения, – в святых мощах и чудотворных иконах, рассеянных по всей России! И, однако, во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне впадает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм и теологические бредни с Божественным Откровением. Зло растет, зловерие и неверие поднимают голову, вера и Православие слабеют. Неужели же мы не образумимся? … И будет, наконец, то же у нас, что, например, у французов и других… А если это будет, что, думаете, будет нам за то в день судный после таких Божиих к нам милостей? Господи! Спаси и помилуй Русь Православную от праведного Твоего и надлежащего прещения!»

Такими словами Святитель Феофан наставлял паству в Вере и уповании на Милосердие Господнее, напоминая и об опасности уклонения в еретические соблазны, распространившиеся на Руси на рубеже XIX – ХX столетий. «Зловерие и неверие», увы, оказались достаточно сильны для того, чтобы питать революционные смуты 1905 и 1917 годов.

Но и в Смутные времена продолжался тернистый путь к Божественной Правде. В Белом движении проявился не только военно-политический, но и духовный смысл противостояния с «большевизмом». Достаточно полно это отразилось в многочисленных воззваниях, проповедях, посланиях, с которыми обращались в то время к своей пастве пастыри и архипастыри Русской Православной Церкви. Среди них особое внимание следует обратить на проповеди, посвященные не только обоснованию «борьбы с большевизмом», но и призывавшие к милосердию и покаянию. На смену революционному атеизму и радикальным социалистическим учениям первых периодов истории Белого дела приходило стремление усилить участие Церкви в жизни общества.

Опыт участия Церкви в государственных, административных (в частности, на уровне осуществления регистрационных обязанностей) делах существовал благодаря «синодальному периоду» XVIII–XIX вв., во время которого Православная иерархия считалась неотъемлемой частью аппарата управления. В политико-правовой программе Белого движения наиболее важным признавалось уже осуществление не административно-управленческих функций, а возрождение духовной жизни, нравственного возрождения.