Книга Звезды для моей герцогини, страница 4 – Эль Вайра

Только когда ко мне подходит мой муж, до меня, наконец, доходит, в чем дело.

— Моя герцогиня, — говорит мне Генри.

Говорит мягко и почти ласково. И протягивает руку, чтобы я могла за нее ухватиться.

Генри улыбается. Улыбка делает его еще красивее.

Теперь я понимаю, почему отец замешкался. Мой муж — герцог Ричмонд и Сомерсет. Именно он должен идти за королем и королевой, и я, как его жена, должна идти рядом с ним.

Матушка же по привычке попыталась пройти вперед. Не будь здесь Генри и меня, то у нее с отцом действительно был бы приоритет — как герцог и герцогиня Норфолк они шли бы первыми после короля. Но мы с Генри тут, на нашей свадьбе, и приоритет у нас.

Я протягиваю руку мужу, и мы направляемся к двери часовни. Вместе. Я теперь его герцогиня. Его жена. Или его пленница, если он этого захочет.

Мои родители идут позади. Я почти физически ощущаю негодование матери у себя за спиной. Что ж, теперь я тоже герцогиня, и она уже ничего не может с этим поделать. Отныне ей всегда придется идти вслед за мной и моим мужем, как бы она его не называла.

* * *

Большой зал, в котором мы отмечаем свадьбу, наполнен светом, музыкой и голосами сотен гостей. Толпа кажется невообразимо большой. Придется привыкать к таким сборищам — в жизни Генри они наверняка явление более частое, чем в моей.

Еду всё продолжают и продолжают приносить — дичь, фрукты и великое множество пироговна любой вкус, с мясом, рыбой, жареным беконом и даже с овощами. Воздух быстро наполняется запахом пряностей и свежей выпечки. Сначала все блюда несут на пробу королю и королеве, а затем моему мужу, который сидит по правую руку от своего отца.

А потом мне. К этому тоже нужно привыкнуть.

Я сижу рядом с королевой и отцом. Он наклоняется ко мне и спрашивает:

— Как тебе твой муж?

— Он кажется мне добрым и красивым.

Отец смотрит на меня, слегка прищурившись.

— Как думаешь, твоя мать права насчет него?

Ему интересно, считаю ли я себя оскорбленной из-за того, что меня выдали за бастарда.

— Кажется, матушка несправедлива по отношению к Генри. Надеюсь, однажды они поладят.

Отец одобрительно кивает и усмехается.

— С твоей матерью поладят только черти в адском пекле, и то не факт.

Самой матушки я на пиру не наблюдаю и, к своему стыду, испытываю от этого только облегчение. По крайней мере, не будет лишних конфликтов.

Мне подносят любимый пирог короля, с сардинами. Сами сардины запекли внутри теста, а головы оставили снаружи, как украшение. Сомнительная красота. Выглядят они так, будто их казнили, но на вкус довольно неплохо.

— Еще раз поздравляю, дорогая. Ты — гордость своей семьи.

Я вздрагиваю. Занятая едой и своими мыслями я совсем забыла, что сижу рядом с королевой.

— Благодарю, Ваше Величество, — говорю я, стараясь поскорее прожевать кусок пирога.

Анна прекрасна. На всем белом свете нет женщины очаровательнее, чем она. Ее наряд, малиновый с золотым, сочетается с нарядом короля, и вместе они выглядят словно герои из древних легенд. В ее темных глазах пляшут отблески от свечей, и это придает ей слегка озорной вид.

Я рада, что мы с ней родственницы. У меня есть шанс когда-нибудь стать хотя бы немного похожей на нее. У нас почти одинакового цвета волосы — темно-каштановые, но у меня с рыжеватым отливом, а у нее темнее. Отец однажды сказал, что мы с королевой похожи «точно родные сестры, а не двоюродные», и это был лучший комплимент, который я когда-либо получала.