Книга Звезды для моей герцогини, страница 5 – Эль Вайра

— Твоя мать не захотела присутствовать на пиру. Она всё ещё против брака? — спрашивает Анна.

Удивительное свойство моей матушки. Ее рядом нет, но ее дух все равно здесь, витает между нами и сеет тревогу.

— Она… Сегодня она была не так счастлива, как мнебы хотелось.

Памятуя о том, что устраивала моя мать при дворе, я прекрасно понимаю, какого Анна о ней мнения. Но все-таки это моя мать, и было бы неприлично говорить прямо всё, что я о ней думаю.

— А ты умеешь подбирать слова, — улыбается королева. — Хорошее качество. Оно тебе пригодится.

— Спасибо, Ваше величество, — выдавливаю я.

— Твоя мать выбрала путь собственных заблуждений и обид, а не свою семью, — говорит Анна. — Это ее право. Каждый может топтать свою жизнь так, как ему вздумается. Но я рада, что ты выбрала семью.

Я снова ее благодарю. Если по правде, то я не знаю, был ли у меня выбор, но, когда отец объявил, что я стану женой Генри Фицроя, мне и в голову не пришло противиться этому.

— Сейчас ты наверняка переполнена страхами, Мэри, — продолжила Анна. — Это нормально. Я помню себя в твоем возрасте, неизвестность пугает пуще всего. Но ты можешь не переживать, мы с королем позаботимся, чтобы у тебя было достаточно времени, чтобы привыкнуть к новой роли.

— Вы невероятно добры ко мне.

— У тебя будет время осознать, что ты больше, чем просто Мэри, дочь герцога. Теперь ты сама герцогиня. И моя любимая кузина, — она улыбается. — От твоих решений зависит не только твоя судьба, но и судьба твоей семьи.

— Полагаю, что все решения в семье должен принимать муж, а я — лишь подчиняться его воле, — говорю, я напуская на себя как можно более благочестивый вид.

Анна смеется. Ее голос звучит мягко и вкрадчиво.

— О, конечно, Мэри, конечно. Ты совершенно права. И все-таки муж и жена — одно целое. Помни об этом, милая.

Она загадочно улыбается. Кажется, что она хочет сказать мне больше, но к ней поворачивается раскрасневшийся от вина король, и она обращает все свое внимание к нему. Он целует ее руку, глядя ей в глаза. Она что-то шепчет ему на ухо, и они вместе смеются.

Генри очень похож на короля внешне. Надеюсь, что и в любви тоже.

Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на мужа. А он уже пересел поближе к моему брату, и они что-то весело обсуждают. Генри выглядит так, будто в его жизни ничего не изменилось. С самого начала пира он, кажется, ни разу не взглянул на меня, хотя в часовне мне казалось, что между нами что-то промелькнуло.

Мне немного обидно, но я напоминаю себе, что у нас впереди еще целая жизнь, чтобы смотреть друг на друга.

Когда сказаны все тосты, съедены все пироги и выпито всё вино, прошло время укладывать жениха и невесту в постель. Ледяной ужас накатывает на меня волнами, когда гости с поднятыми кубками начинают говорить об этом. Нет, скорее требовать этого.

Об этой части свадьбы я старалась не думать до последнего. Ложиться в постель с человеком, к которому я даже не знаю, как обращаться — это страшно. Тем страшнее, что я не вполне понимаю, что должно происходить на брачном ложе. Матушка не говорила со мной об этом, потому что ее выворачивало от одной только мысли о том, что ее дочь ляжет «с тюдоровским выродком».

Но я точно знаю, что там должны быть поцелуи. Объятия. Мы должны объединить не только наши души, но и тела.