Книга Приятный кошмар, страница 127 – Трейси Вульф

– А что, если мы не хотим узнавать друг о друге больше? – ворчит Эмбер. Но, когда у Евы вытягивается лицо, быстро сдает назад. – Не обращайте на меня внимания. Мне, наверное, просто надо что-то съесть.

Моцарт берет пакет чипсов и кидает его ей в лицо. Она ловит его, затем показывает своей соседке средний палец и, открыв пакет, засовывает горсть чипсов себе в рот.

– Ладно, – говорит Саймон, взяв со столика еще один напиток. – Ну, кто начнет?

Но никто не начинает, что, по правде сказать, ничуть не удивляет меня. Одно дело – выслушивать секреты других, и совсем другое – выложить что-то о себе самом. Я ожидаю, что Джуд повернется и уйдет, но он не сдвигается с места.

Вместо того чтобы смыться, он просто ждет и наблюдает – и, хотя я и не могу сказать, чего именно он ждет, я уверена, что игра не имеет к тому никакого отношения.

Пока ветер снаружи воет, заставляя дребезжать окна и ходить ходуном кресла, стоящие на крыльце, мы все вопросительно смотрим друг на друга, и тут Ева наконец говорит:

– Я начну.

Правда, прежде чем действительно начать, она долго пьет свою газировку.

– Итак, первое – я родилась в Пуэрто-Рико и по окончании этой школы хочу вернуться туда. Второе – я ужасно боюсь высоты. И третье – я понятия не имею, какаяиз природных стихий дает мне мою магическую силу.

Ничто из того, что она говорит, не удивляет меня – и я сразу же понимаю, что ложь – это то, что она боится высоты. Только на прошлой неделе я наблюдала, как она свешивается с крыши нашего бунгало, развешивая гирлянду лампочек на наших водосточных желобах, чтобы «придать домику веселенький вид».

И я ничуть не удивлена тем, что она не знает, какая из стихий дает ей силу – она почти не имела возможности исследовать свою магическую силу до того, как ее отправили в Школу Колдер. Ее упекли сюда потому, что она пыталась сотворить самые простые, элементарные чары, которые только может сотворить ведьма, – а именно зажечь свечу, используя колдовство. Но, к несчастью, что-то с этими чарами пошло не так, ужасно не так, и в результате она спалила весь свой многоквартирный дом. Несколько человек погибло, и куча народу пострадала. С тех пор Ева ужасно боится огня.

– Я бы сказал, что ложь – это то, что касается природных стихий, – предполагает Саймон. – Я уверен, что ведьмы могут нутром чувствовать, с какой из стихий они имеют сродство.

– И это говорит русал, старающийся как можно больше времени проводить в воде, – подкалывает его Эмбер.

– Я не русал, я сирена, – многозначительно возражает он. – Это не одно и то же.

– У тебя есть хвост, жабры, и ты обитаешь в воде, – парирует она. – По мне, так это одно и то же.

Саймон больше не произносит ни слова, но продолжает смотреть на нее. Сперва мне кажется, что это потому, что он раздражен, но затем я гляжу на его лицо.

И не могу отделаться от мысли о том, как хорошо он смотрится со своими темными глазами и мерцающей кожей. И о том, как восхитительно от него пахнет. Я подаюсь вперед, пытаясь лучше разобрать этот запах, и понимаю, что он состоит из всех моих любимых ароматов. Ароматов ванили, кардамона, меда, лимона, слившихся воедино таким образом, что мне хочется поспешно придвинуться к нему еще ближе. А когда он произносит:

– Я сирена, – у меня возникает такое чувство, будто эти слова проникают в самые поры моего тела.