Книга Испытание, страница 395 – Трейси Вульф

– Артелия, ты готова возглавить нашу Армию?

Артелия кивает, кланяется ему, затем опять поворачивается к Армии и повелительно командует:

– Летуны, постройтесь кругом.

Самые грозные летуны – включая Артелию и Родриго – выдвигаются вперед и образуют круг вокруг Сайруса, моих друзей и меня. Тем временем остальные горгульи встают в более широкий двойной круг вокруг Стоунхенджалайт.

И, как только они выстраиваются таким образом, что края их крыльев соприкасаются, как только последняя горгулья занимает свое место в кругу, по нему проходит мощный электрический разряд.

Я чувствую, как он проходит через каждую из горгулий, и его энергия всепоглощающа, невероятна. Я ощущаю это еще до того, как разряд доходит до меня.

Как только крылья горгулий соприкасаются, Корона на моей ладони, которая горит уже несколько часов, внезапно нагревается так, будто ее объяло пламя. И я сразу понимаю, что мне надо делать.

Теперь, когда моя Армия находится на позиции, я перебираю нити, прижатые к моей груди. Одна из них намного толще остальных и окрашена в золотой цвет. Сайрус. Я отпускаю ее.

И тут до него доходит, что его обыграли.

И он в ярости.

Я иду к Сайрусу, который вертится на месте, отчаянно пытаясь отыскать выход из круга горгулий. Но фишка в том, что выхода нет. Все, что происходило, все, что сделал он, и все, что сделала я – все, что сделали мы– и привело нас сюда, к этому моменту.

Я спокойна перед лицом его паники и невозмутима перед его злобой.

– Ты воображаешь, будто можешь меня победить? – рычит он, пятясь. – Так вот, это невозможно. Меня не может победить какая-то там девчонка.

– В этом всегда и состояла твоя проблема, – говорю я ему, тесня его, припирая к стенке. – Ты видишь вещи такими, какими они, по-твоему, должны быть, а не такими, какие они есть на самом деле.

На секунду я делаю паузу и оглядываю всех горгулий, которые явились нам на подмогу. Затем перевожу взгляд на моих друзей, измученных и потрепанных, и думаю, что я никогда еще не испытывала такой гордости. Гордости за всех нас.

– Потому что на самом деле мы уже победили. Мы разгромили тебя. И, если ты до сих пор этого не понял, то ты еще более жалок, чем я полагала. – С этими словами я кладу ладонь на его грудь.

Он пытается убрать ее, но едва моя ладонь касается его, как он теряет способность двигаться. Теряет способность говорить. Он не может сделать ничего, кроме как стоять неподвижно, пока я сужу его.

– Сайрус Вега, ты стремился к войне в то время, как тебе надлежало охранять мир. Ты причинял зло тем, кого тебе надлежало беречь и защищать. Ты разрушал жизни, которые тебе надлежало делать лучше. За твои многочисленные злодеяния ты лишишься своей магической силы. – Мой голос звучит уверенно и ровно.

А затем я делаю глубокий вдох и отбираю у него всю силу до последней капли.

Я смотрю – мы все смотрим, – как он скукоживается у нас на глазах. Затем наступает момент, когда я начинаю отстраняться. Я уже выкачала из него все то, что дало ему Сошествие, уже отобрала у него его вечный укус. Теперь можно было бы отойти в сторону и предоставить моей Армии разделаться с ним. В своем нынешнем виде он не продержится против них и пяти минут.

Но подарить ему быструю смерть было бы несправедливо, к тому же нельзя оправдать убийство. Быстрая смерть – это несправедливо по отношению к Колдер, по отношению к моей Армии, которая была замороженатысячу лет, по отношению к тысячам горгулий, которые погибли, пока их двор был заморожен.