Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
Я заплатил за медведей пять тысяч и остался при своих. Видимо, чутья на великие игрушки во мне пока так и не проснулось. – Кстати, тут еще такое дело, – продолжил Кособуцкий. – Ничего страшного, но сообщаю, чтобы знал. Мне тут один прикормленный мусорок звонил. Ты вчера, помнишь, на холодный к бабке ездил, у которой птичек взял. В общем, она окочурилась. – Как окочурилась? – не понял я. – Да ты не ссы. На всякий случай тебе сообщаю, вдруг как свидетеля потом спросят, а то я хер знаю, чё там по их протоколу положено. Бабка эта окна мыла и навернулась. Башкой об асфальт, все всмятку. Я вспомнил тетю Римму, галчонка-Римчонка с нелепым пучком седых волос. В горле встал ком. Но тут в памяти молнией сверкнуло еще кое-что, и я сказал Кособуцкому убежденно: – Не могла она, Юр! Она вообще окна не мыла. Сама мне говорила, что слабенькая и боится выпасть. – Ну, значит, правильно боялась. – Да нет же. Она бы точно не стала. Понимаешь, я тебе не рассказал, но тогда у подъезда встретил двух странных мужиков. Толстого такого, как колокольчик. И тонкого. Жуткие они были. Что, если… – Так, Миша, слушай сюда и запоминай. – Голос Кособуцкого стал очень серьезным, и в нем что-то тоненько, как натянутая струна, задребезжало. – Если на заказе видишь таких, ну, как ты и сказал, жуткихлюдей, они парами обычно, то все бросай на хер и сваливай. Не смотришь на них, не говоришь, упаси бог, просто разворачиваешься и делаешь ноги. – Да кто они такие-то? – Смотри, Миша, мы следим за игрушками мертвых, книжники – за книгами. А есть люди, которые пасут квартиры. И для них «горячий» заказ – когда человек остается совсем один, без родственников, зато с «зеленкой» на руках. – Не понял. А что менты? Прокуратура какая-нибудь? – Там обычно в курсе, большие люди в доле. Раньше и наших, и похоронных, бывало, просто так калечили, за то, что подвернулись. Сейчас другое время, как-то цивилизовалось все. Нас игнорируют, мы стараемся не отсвечивать. Ну и с клиентами они теперь чище работают, кому-то содержание дают, кого-то в пансионат вроде устраивают. Не убивают, не отжимают по беспределу, договора пишут. Иногда, наверное,случаются эксцессы, но тут наше дело – сторона. Ты, в общем, запомни: увидел таких ребят, сразу сваливай. Усек? Разговор оставил гадостное ощущение. Больше не хотелось воображать графики с растущими доходами. А когда я расплачивался с таксистом, почудилось, что деньги в моих руках густо попахивают падалью. Дома я расставил медведей рядом с птичками и заметил, что у одного из них потрескалась белая краска на кромке пасти. Казалось, что он взбесился и пустил пенистую слюну. Я долго лежал, всматриваясь в мертвые медвежьи глаза, и с тоской размышлял о том, что будет после меня. От белой краски останется пена, думал я, от кошки – запах впитавшейся в подъезд мочи, а от меня? Список игрушек, которые я выманил у несчастных стариков?.. Я проснулся от ощущения, будто что-то давит мне на грудь. Открыл глаза и увидел, что это тот самый медведь, парализованный в жуткой позе, с пеной на пасти. Я с трудом его поднял – он словно стал десятикратно тяжелее. Поставил обратно на тумбочку, и в этот момент его туловище лопнуло и через рану в плюше повалили прессованные опилки. И от них сладковато пахло тайной, затхлостью и лесом. |