Книга Самая страшная книга 2026, страница 36 – Индира Искендер, Дмитрий Лопухов, Алексей Гибер, и др.

Конечно, он детально воспроизвел эту сцену в «Рогалике» – и часто возвращался к ней, когда сгущалась хандра.

Но в этот раз в положенном месте не оказалось ни галантного старичка, ни старушки. Трамвай остановился – снаружи посреди черноты тускнела только одинокая буква «Р». Стас в растерянности кликнул на нее и прочитал: «Здесь стоит знакомая тебе обезглавленная женщина. Она хочет увидеть тебя, но смотреть ей нечем. Она голодна».

– Стас! – Крик Регины выудил его из морока, и Стас с отвращением закрыл окошко «Рогалика». – Посмотри, плиз. В чат пишут, что все заглючило.

Стас переключился на трансляцию и не поверил своим глазам. Картинка зависла и зацикленно рассыпа́лась на квадраты, но среди мельтешения помех все равно отчетливо было видно, как Регина снимает кигуруми, полностью оголяясь, – а через мгновение кожа дает трещину, разрастается артефактами и превращается в хитиновую шкурку мокрицы.

– Бог ты мой, – сказала на следующий день Регина, когда Стас показал ей видео со странным глюком, – я, честно, всегда думала, что буду жить в ромкоме. На крайняк, в мелодраме. Но, елки-палки, я, получается, в хорроре!

– Добро пожаловать в мой гадкий мир, – через силу пошутил Стас. – А мне в «Рогалике» вчера очередную мерзость показали. Я уже не могу, блин. У меня теперь ощущение, что каждый день моей жизни был заполнен ужасом. Кажется, что это я все милые моменты – старушку со стариком, Олесю, все остальное – придумал, а в реальности были только тараканы с мокрицами и люди с обрубками голов.

– А что там за Олеся такая?

– Да так… поцеловала меня одна на выпускном.

– И что, хорошо целовалась?

– Ну… Какая разница! Реня, слушай, я реально уже так не могу. Крыша едет, не знаю, как быть. Куда обращаться? В кино в таких случаях всегда находятся священники, медиумы, мудрые профессора. Какая же брехня! Я уже не знаю, может, вот такая бесовщина происходит со всеми, просто никому нет до этого дела?

Регина села на диван рядом со Стасом и успокаивающе погладила его по плечу:

– Слушай, ну это все-таки не болезнь и не катастрофа. Тут выход есть – надо перестать использовать компьютеры, и все. Я, кстати, никогда им не доверяла! Может, ну их в жопу, а? Попробуем?

И они попробовали. Несколько дней просто играли в настольные игры, брали в кафе еду навынос, гуляли, смотрели дурацкие шоу по телику и занимались сексом.

Стасу сперва было очень некомфортно – даже по ночам снилось, как он превращает прожитые дни в «Рогалик». Тогда Регина посоветовала ему откатиться по лестнице прогресса на полвека назад и завести бумажный дневник.

Помогло! Стас стал скрупулезно записывать все, что он сделал, съел, подумал, – и немножко отпустило. К концу недели он уже адаптировался к жизни без компьютера и смартфона настолько, что начал планировать их с Региной дальнейший луддитский быт.

– Купим самые старые кнопочные телефоны, чтоб экранчик с ноготок и вообще никаких функций, только звонки! – восторженно говорил Стас, размахивая руками.

– А я вернусь в офис, на фиг этот вебкам, – кивала Регина. – Ты сможешь найти работу, чтобы без компьютера? Слушай, а можно же свалить куда-нибудь в теплые края, жить в палатке, вообще без электроники. Бананы-кокосы, а-а-апельсиновый рай…

Они смеялись и целовались.

Шли десятые сутки их компьютерной абстиненции. Стас совсем обвыкся и даже подумывал сбыть все свое «железо». Поздней ночью Регина уже посапывала, свесив руку и ногу с края кровати, – спали они теперь только вместе, – а Стас все прикидывал, можно ли до сих пор размещать по телефону объявления в «Из рук в руки» и как продавать устройства без демонстрации их работы.