Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 58 – Карисса Бродбент

Мое лицо расплылось в улыбке.

Нельзя было не признать: умно придумано.

Азар сложил ладони вместе, а потом развел в стороны, и между ними протянулись нити, похожие на толстые нити черного меда. Он растягивал и растягивал их, и из щелей зала вытекала все новая тьма, отчего нити эти становились толще. А потом, крякнув от напряжения, Азар швырнул нити в сторону черепа птицы и – потянул за них!

– Вперед! – скомандовал он.

Стражница издала крик, вильнула влево, молотя одним крылом и выпустив на весь зал полосу огня, которая едва не угодила нам в головы. Чандра и я подбежали к упавшей птице. Свет жег мне щеки и глаза. Я едва могла смотреть туда. Столько огня одновременно – такой массой мне не доводилось управлять даже в лучшие годы.

Но времени сомневаться в себе не было. Я отбросила неуверенность и ухватилась за последние остатки человеческого, взывая к силе Атроксуса.

Я дотянулась до магии, запертой в теле стража. Чувствовалось, как она бьется в ребра этого существа, бесконечно атакуя своего носителя, борется с холодной тьмой внутри его – непрекращающаяся война, идущая вот уже две тысячи мучительных лет. Когда я установила связь между нами, боль стражницы взорвалась у меня в черепе, да так неожиданно, что я чуть не ослабила хватку.

Но меня спасла Чандра. Она стояла, крепко стискивая зубы и не мигая. Ухватив свет вместе со мной, Чандра дала ему первый мощный толчок, когда я еще колебалась.

Я почувствовала, как свет шевельнулся.

Птица издала крик и забилась о путы Азара, когда огонь заскользил. Он завертелся и задвигался в ребрах птицы, а мы с Чандрой тянули его, дюйм за дюймом. По вискам у меня тек пот, дыхание стало прерывистым. Получив новую порцию ран, руки буквально вопили от боли.

– Вы бы там поторопились, что ли!

Я едва расслышала в отдалении сдавленный голос Элиаса, а также усиливающийся гул мертвецов.

«Щелк», – разлетелась одна из темных нитей Азара, не выдержав силы, с которой вырывалась птица…

Я испустила надрывный крик, когда мы с Чандрой один раз хорошенько дернули напоследок.

Магия Атроксуса моментально вылетела на свободу. Я успела открыть глаза и увидеть, как на нас катится волна огня, наконец-то высвободившаяся из тела стража.

Я ахнула и увернулась. Чандра же просто дала огню прокатиться по себе, разведя руки в стороны, словно обнимала освежающий морской прибой. У меня в животе екнула обида, напоминая, что когда-то и я тоже так могла, но сейчас было не время предаваться жалости к себе. Волна мертвецов расширила дыру в стене, и стекло треснуло. Они хлынули в храм таким мощным потоком, что Элиасу в одиночку было их не сдержать.

Стражница рухнула на пол, ее потускневшее оперение мерцало. Она больше не кричала и не билась. Вблизи можно было рассмотреть, что тело птицы состоит из бессчетного количества тончайших серебряных струек. Струйки эти слабо подергивались: то были последние проявления жизни.

Азар влез на птицу.

– Поднимайся сюда, Илие, – приказал он.

Я повиновалась и, взобравшись по дрожащему крылу, встала рядом с Азаром на спине стражницы. Когда я, присев, прижала ладони к ее плоти, то невольно вздрогнула. Страдание несчастного и разгневанного существа запульсировало сквозь меня.

Мне почудилось, что голос в голове прошептал: «Так было не всегда».

Азар как-то странно на меня посмотрел, словно бы хотел спросить, что происходит, однако времени на разговоры у нас не было. Он провел клинком по спине птицы, прорезая ее тонкие, как паутина, перья, серебряные ребра и тело, которое казалось одновременно и твердой плотью, и дымом.