Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 55 – Карисса Бродбент

Я долго разглядывала мертвую птицу.

Увидев вьюрка, Сейша брезгливо фыркнула.

– Бедняжка, – сказала она. – Мише, не трогай его. Это гадость.

– Ничего не гадость, – ответила я. – Однажды мы все будем так выглядеть.

Сестра как-то странно на меня посмотрела и похлопала по руке:

– Да, но еще очень и очень не скоро.

Однако сейчас я вспомнила ее взгляд: точь-в-точь так же на меня посмотрела Чандра. Сейша была самым мудрым человеком, которого я встречала в своей жизни. Возможно, в тот день она увидела, что со мной станет.

Я отвела глаза и стала смотреть на храм. Через скопление грибов шла неровная тропинка. Может быть, когда-то здесь был проход? Коридор?

Азар прошел вперед, отодвинув меня в сторону, Луче держалась у его ног.

– У нас мало времени, потом на нас опять навалятся мертвецы.

Я пошла за ним, следом – Чандра и Элиас.

– Что мы ищем? – спросила я.

Наши голоса эхом отдавались в тишине. Боги, это было огромное пространство – намного больше, чем казалось снаружи. Тропинка, которая поначалу выглядела короткой, все бежала и бежала вперед. На полу играли пятнышки движущегося света; я подняла взгляд и увидела, что потолок теперь уходит еще дальше вверх и грибы растут намного выше человеческого роста.

Внутри черепа начало скапливаться какое-то глухое жужжание. Я поднесла руку к глазам и увидела, что волоски на тыльной стороне кисти стоят торчком.

Я провела немало времени, изучая места великой духовной значимости, и поняла, что это было именно такое место. Какой-то бог оставил в нем часть себя. Здесь находилась важная точка, и я ощущала, как из глубины меня тянет ее сила.

– Мы уже близко, – едва слышно пробормотал Азар.

Он тоже это почувствовал.

Мы прошли сквозь осыпающиеся остатки дверей и очутились в большом круглом зале. Из дальней стены выступало стеклянное панно, через которое виднелись очертания растущей под ним зелени. С панно на нас таращился массивный витражный глаз в виде концентрических кругов. Перед ним стоял серебряный алтарь в изящной раме.

– Должно быть, здесь, – сказал Элиас, рванувшись вперед.

Тишину нарушил тихий стремительный свист.

Элиас замер.

Звук повторился – на этот раз громче. У меня дрогнули пряди волос у лица. Тень загасила разливавшийся по земле акварельный свет.

Я начала поднимать голову.

И сразу узнала звук рождающегося на свет пламени. Рукой метнулась к лицу – защититься от внезапно возникшей стены жара.

Я чуть не упала на пол. И едва сумела в остолбенении произнести:

– Вот же зараза!

Над нами, расправив крылья и выставив когти, парила гигантская птица с золоченым черепом. Ее мощное тело окружало пламя. Птица распростерлась во весь потолок, и размах ее крыльев был так велик, что мне было не охватить ее взглядом. Полуразбитый череп взирал на нас сверху вниз, не предвещая ничего хорошего.

Третий страж.

Тот самый, который считался погибшим.

Птица испустила мерзкий пугающий крик и устремилась на нас.

– Ты же сказал, что она мертва!

Я едва сумела выговорить эти слова, с трудом переводя дыхание. Нас не пришлось уговаривать бежать оттуда со всех ног. Мы петляли между узких промежутков среди грибов, а позади эхом отзывались крики третьего стража.

– Ну да. – Азар казался раздосадованным самой возможностью того, что может быть в чем-то не прав. – Птица и впрямь мертва.