Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 182 – Александр Нетылев

Он молчал.

— Ты так боялся за свою жизнь, что обманул и предал меня, — припечатала Аосянь, — И оттого, что ты «просто промолчал», это не перестало быть обманом.

Цзянь Вэйан выдохнул.

— Ты права. Не перестало. Прости меня.

— Ты повторяешьэти слова раз за разом! Ты бросаешься ими как чем-то ничего не значащим! Только знаешь, то, что дается легко, и… веса никакого не имеет.

В тот момент она даже не поняла, почему выбрала именно это слово. А заклинатель к тому моменту имел вид побитой собаки.

— Я не оправдываюсь. Я знаю, что мне оправдания нет. Но я хочу, чтобы ты знала… В тот момент, когда я нашел тебя у озера Чунь Ду, над тобой склонился беловолосый демон. Он не только пытался забрать твою жизненную силу, но и…

— Он ОТДАВАЛ мне свою силу! — прервала его Аосянь, — Это его стараниями я выжила тогда. Это ему принадлежали мой долг и моя благодарность, которые ты украл. И знаешь, заклинатель… Он достоин носить твое имя куда более, чем ты сам.

Цзянь Вэйан дернулся, как от удара.

— Ты знаешь об этом?..

Аосянь выразительно перевела взгляд на табличку над воротами поместья, безмолвно указывая на глупость вопроса.

— Тогда ты знаешь, что это его вина, — ответил заклинатель, — Во всем, что случилось, его вина. Он дьявол, Аосянь. Он манипулирует всеми нами и рушит наши жизни. И мою. И твою.

— И в этом одно из двух различий между вами, — откликнулась девушка, — Ты говоришь, что дьявол заставил тебя предать меня. Он сам несет ответственность и за хорошее, и за дурное.

Заклинатель вздохнул:

— И в чем же второе отличие?..

Аосянь пожала плечами:

— Он способен на поступок. Видишь тех людей? Сейчас они подойдут к тебе. И ты пойдешь с ними. Хотя хочешь остаться и продолжить разговор.

Из кареты действительно вышли несколько вооруженных слуг, направившись к заклинателю с явным выражением нетерпения на лицах. Разговор определенно продлился дольше, чем они рассчитывали.

Цзянь Вэйан вздохнул:

— Я должен буду пойти с ними. Я ограничен в передвижениях из-за своих союзников. Но верь мне, Аосянь: я знаю, что делать, и я уже начал. Очень скоро я освобожу тебя.

Фея-Бабочка лишь пожала плечами:

— Мне не нужна свобода.

В разгар дня дом удовольствий «Аромат Лилии» еще не испытывал наплыва посетителей, и многие девушки сновали без дела, дожидаясь перспективной «добычи». Впрочем, даже будь они столь же заняты, как в памятную ночь после государственого экзамена, неожиданно затесавшаяся среди посетителей женщина в розовом одеянии знатной барышни была достаточно необычным случаем,чтобы сразу же привлечь к себе внимание.

Еще до того, как девушки опознали знакомое лицо.

— Сестрица Аосянь?!

Юби запнулась, спохватившись, и торопливо присела в поклоне.

— В смысле, приветствуем вас, наложница Инь.

К своему удивлению, Аосянь почувствовала, что от встречи на душе у неё слегка потеплело.

— Сестрица Юби, сестрица Яню, не нужно кланяться. Я не ставила себя выше вас тогда, не собираюсь и сейчас, тем более после всего, через что мы все прошли. Скажите, госпожа Фенфанг у себя?

Хозяйка дома удовольствий обнаружилась в дальней комнате, как обычно. Когда Аосянь отодвинула багряную занавесь на двери, она подняла глаза от учетной книги, и узнавание отразилось на её лице.

— Госпожа Фенфанг приветствует барышню Инь, — сказала она.

На вид хозяйка дома удовольствий казалась спокойной, но в голосе её сквозило напряжение.