Книга Знахарка для оркского племени, страница 41 – Юлия Эллисон

И знаете что? Меня это странное, условное обещание почему-то устраивало чуть больше, чем его предыдущие прямолинейные ультиматумы. Хоть какая-то отсрочка, хоть какое-то условие! В этом был прогресс.

— Хорошо, — кивнула я, чувствуя, как на губы сама собой пробивается легкая, смущенная улыбка. — Договорились. Когда вылечишься — стану.

Ну как, скажите на милость, можно отказать мужчине, который так искренне, пусть и весьма своеобразно и даже пугающе, добивается твоего расположения? Пусть он зеленый, пусть носит кишки как аксессуар и дарит туши невиданных шестилапых зверей, но в его упрямой, почти детской прямоте и настойчивости была какая-то трогательная, незамысловатая честность.

На самом деле, чем дольше я здесь находилась, тем сильнее мне начинало нравиться это странное место. У орков не было никаких бюрократических проволочек, глупых вопросов или сомнений в моей компетенции. Если я говорила, что нужно что-то сделать, купить или принести в этот мир, — этоисполнялось без лишних слов. Никто не воровал, не обманывал, не пытался свалить работу на другого или подсидеть. Все делали свое дело в срок, тщательно, с полной отдачей и каким-то врожденным достоинством.

И что меня особенно поражало и трогало — они не стеснялись просить помощи, если не успевали или не могли что-то сделать. И я ни разу не видела, чтобы кому-то отказали.

Это был мир суровой, порой жестокой, но удивительно честной гармонии и взаимопомощи. После больничных интриг, вечной борьбы за финансирование, вранья поставщиков и подковерных игр администрации это было как глоток свежего, горного воздуха.

— Но пока я не стала, — напомнила ему, указывая пальцем на тушу. — Забери ее обратно. Что я, по-твоему, должна с ней делать? Вешать на стену в качестве трофея?

— Есть, — честно и просто сообщил Громор, как будто это было самое очевидное и естественное решение в мире.

Он смотрел на меня с недоумением, явно не понимая проблемы.

У меня нервно дернулся глаз. В этот момент Барсик, видимо, решил, что с него хватит этой непонятной дипломатии и разговоров. С воинственным, яростным криком он бросился на тушу и начал яростно царапать ее когтями, пытаясь вонзить зубы в толстую шкуру, громко ворча, фыркая и издавая звуки, похожие на боевой клич маленького, пушистого берсерка.

— Послушай, — вздохнула я, чувствуя, как нарастает отчаяние и желание просто лечь и закричать, — во-первых, я не умею разделывать это… это чудо эволюции. У меня нет ни подходящего ножа, ни сил, ни, что главное, навыков. Я врач, а не мясник! Во-вторых, готовить на костре я тем более не умею: максимум, что могу, — это разогреть суп в микроволновке, а ее тут, на минуточку, нет! В-третьих, — я с отчаянием показала на тушу, которая была размером с небольшой диван, — я столько не съем даже за год! Мне хватит одной миски похлебки. Я же не дракон!

Мужчина внимательно меня выслушал, его взгляд перешел с меня на Барсика, который с диким азартом терзал тушу, и в глазах мелькнуло неподдельное одобрение и даже нежность.

— Хищник доволен, — констатировал орк с глубоким удовлетворением, глядя на кота. Потом перевел взгляд на меня, и в его глазах появилась редкая для него неуверенность, тень сомнения. — Ты… довольна? — Его голос прозвучал тише, почти робко.

Видимо, он искренне не понялсути моих претензий и решил, что дело в размере или виде добычи.