Книга Строптивая истинная генерала драконов, страница 86 – Наталья Гордеевская

— Я купил тебя! —выпалил он, впиваясь острым взглядом. — Ты моя вещь! Заруби это на носу! Я не твой дракон, не жди, что буду вокруг тебя хороводы водить! Одно маленькое неповиновение — и я лично забью тебя кнутом на глазах у всех! Усекла?

Я с ужасом смотрела в его маленькие злые глазки и понимала, что так он и сделает, если захочет. А значит, мне надо вести себя максимально тихо и осторожно, чтобы прожить здесь хотя бы неделю.

— Я поняла! — прохрипела я. — Вы доступно объяснили! Отпустите, мне больно!

— То-то же, — довольным голосом произнес Сандерс, отталкивая меня в стену. — Готовься к вечеру!

Он развернулся и вышел из комнаты, наконец-то оставив меня одну. Слезы защипали глаза, я подтянула к себе коленки, обхватила их дрожащими руками и разрыдалась, уткнувшись в них лицом. Последний раз я так плакала, когда хоронили маму.

От всхлипываний заболело в груди, а перед глазами вспыхнули красные полосы. Неужели мне суждено сгинуть в этой дыре? А как же Ральф?

От мысли о драконе слезы высохли.

В голове не укладывалось, что все, что говорил Сандерс, было правдой. Ральф сильный и смелый, не верю, что он убил Густава и будет казнен, просто не верю!

Я растерянно посмотрела на метку: она ярко выделялась на бледной коже и хранила полное молчание. Понятно, дракона нет рядом, она его не чувствует.

Как он там? Томится в камере в ожидании суда? Думает ли обо мне? Сумел ли найти того человека, который представился именем моего брата?

Мысли обгоняли друг друга в безумной скачке, и я пролежала в оцепенении несколько часов, глядя в стену.

Когда небо стало темнеть, ко мне в комнату заглянула та вульгарная женщина, которая была тут раньше. Но в этот раз она принесла поднос с едой и поставила его на матрас.

— Вставай, голуба, — хрипло потребовала она, — кормежка пришла. Еще работать и работать, клиент вечером попрет — ой, только поворачивайся!

Я без интереса глянула на поднос: железная миска с непонятной серой субстанцией, похожей на кашу, и алюминиевая кружка с темным напитком.

— Да уж не рестораны, — засмеялась женщина, проследив за моим взглядом. — Но привыкнешь, вполне съедобно. Особенно, когда три дня посидишь на воде — покажется райским угощением. Так что ешь, Сандерс велел проследить, а я не хочу получить наказание!

Я решила не спорить и молча взялатарелку, осторожно понюхав содержимое.

— Значит, ты у нас целитель, — весело протянула женщина, развязно усаживаясь на стуле и закидывая ногу на ногу. — Видать, теперь пороть будут активней, раз будет кому нас подлатать.

— Мне жаль, — прошептала я, осторожно пробуя еду, кажется, овсянка на воде. — Не представляю даже, что вы чувствуете!

— Я Матильда, кстати, — охотно представилась она, глядя как я отправляю кашу в рот. — А что тут чувствовать можно? Тебя дубасит богатый мужик, требует, чтобы ты поорала… А потом это самое им подавай! Нравится некоторым такое, понимаешь? Они сюда пар приходят спускать! А за деньги люди и не на такое готовы пойти.

— Понимаю, — выдохнула я, жуя безвкусную массу. — И часто такое с вами проделывают?

— Зависит от клиента, — усмехнулась Матильда и бесстыдно задрала юбку, подтягивая сползший чулок. — Кто-то слабенько пройдется, а кто-то на две недели болеть отправит.

Каша встала в горле комком, и я с усилием ее проглотила. До сих пор не могу поверить, что попала в это страшное извращенное место. Даже передернуло, что не укрылось от цепкого взгляда моей надсмотрщицы.