Книга Чародейка по соседству, страница 22 – Елена Эйхен

Тишину разрезал звук. Чистый, высокий, пронзительный — полный настоящего отчаяния. Детский плач.

Он доносился со стороны реки. Оттуда, где в траве мерцалипризрачные огоньки светлячков и где, по словам Кристиана, в туманные ночи смеялись и плакали Старые Тени.

Мы с тётей Элизабет замерли, взгляды скрестились в немом ужасе. Неужели правду сказал сосед? На крыльце его дома возникла тень — Кристиан вышел и застыл, лицо напряжённое.

Плач повторился. Нет, это точно ребёнок! Живой и настоящий!

Я сорвалась с места и бросилась к реке, едва сдерживая дрожь, навстречу леденящему душу звуку.

Кристиан

Проснулся от настойчивого тычка в бок. Приоткрыл глаза. Надо мной склонилась девчонка. Как её там… ах да, Анжелика. В одной руке она сжимала мою сапожную щётку, в другой — пыльный комок шерсти, найденный бог знает где. Огромные синие глаза смотрели прямо в мои — и в них таилась недетская печаль.

— Дядя, вставай, — прошептала она. — Солнышко уже высоко! И… и я хочу кушать.

Только этого мне не хватало. Вчерашняя головная боль, хоть и отступила, оставила тупой гул в висках и жгучее желание, чтобы все вокруг исчезли. Особенно эта маленькая прилипала. Я попытался зарыться в подушку, притвориться спящим. Но тут её тёплая ладошка легла мне на щёку.

— Ну пожалуйста?.. — голосок дрогнул.

Лесной дух меня побери. Я застонал и сел. Анжелика тут же расплылась в улыбке, словно одержала великую победу и сунула мне в руки щётку.

— Ботиночки надо почистить? — деловито спросила она.

— Нет, — провёл я рукой по лицу. — Лучше умоемся и пойдём к той тёте с длинными волосами, поедим. А после у меня дела.

Девчонка насупилась, а меня неприятно кольнула совесть. Но всё же я знал — мне нужно остаться одному.

Вышли на крыльцо. Утренний воздух был чист, прохладен и пах влажной землёй. Я зашагал к дому Эмилии своим в своём обычном темпе, но Анжелика тут же ухватилась за край моей рубахи и засеменила рядом. Тяжело вздохнул. Попробовал ускориться — и добился только того, что она едва не споткнулась. Пришлось сбавить шаг.

Только этого мне не хватало — превратиться в няньку для потерявшегося ребёнка. Как будто своих забот мало.

На подходе к соседскому дому я заметил повозку и двух рабочих из Асмиры. Один — коренастый, вечно недовольный Мико, кровельщик — уже карабкался по лестнице к дырявой крыше. Другой, бородатый и похожий на гнома стекольщик, разгружал ящики с мутноватыми стеклянными квадратами.

Новоиспечённая тётушка Эмилии стояла рядом, руки засунуты в передник, и что-то бодро рассказывала, активно жестикулируя в сторону конька крыши.

— Ох, соседушка! И наша пташечка! — защебетала она, увидев нас, а потом крикнула рабочим. — Эй, там! Смотри, не урони кирпич на голову! А ты, бородач, стёкла ставь покрепче — ветер у нас лихой! — Она обернулась, сияя. — Эмилия в лес пошла, травы искать. А я за хозяйством приглядываю. Анжелика,голубушка, иди ко мне — я тебе хлебца с мёдом дам!

Анжелика на миг замерла, крепче вцепившись в мою рубаху, но обещание мёда перевесило. Робко потянулась к пожилой даме, и та, не теряя времени, подхватила её на руки и понесла к крыльцу, напевая что-то про пчёлок и сладкую жизнь. Может, удастся на неё спихнуть девчонку.

Голова снова заныла — то ли от утреннего солнца, то ли от стука молотка Мико. А эта Эмилия куда подевалась? Совсем одна в лес пошла… Глупая женщина. Леса вокруг Асмиры вовсе не так безобидны, как кажется из окна её покосившегося сарая. Там водятся не только кролики да полезные травки. Есть места, где магия ведёт себя… капризно.