Книга Чародейка по соседству, страница 34 – Елена Эйхен

Я шла по знакомой тропинке и с каждым шагом ощущала, как тяжёлый груз забот спадает с плеч. Здесь, среди деревьев, под птичий щебет, я была на своём месте. Не бывшая жена неблагодарного чародея, а травница. Свободная птица. Я дышала полной грудью и будто чувствовала каждую травинку, каждый корешок, каждую каплю сока, бегущего по жилам этого огромного, живого мира.

Я собирала всё, что встречалось на пути: свежую мяту у ручья, пучок тысячелистника, солнечно-оранжевые ноготки. Корзины постепенно наполнялись, а на душе становилось всё светлее и спокойнее. Это был мой путь. Единственный правильный после всего, что случилось. Не карьера при дворе, не жизнь в тени могущественного мужа — а именно это: тихий, честный труд своими руками, приносящий настоящую пользу.

Я так глубоко погрузилась в мысли и в неторопливый сбор трав, что сперва не заметила, как знакомый лес начал меняться. Сосны и берёзы постепенно уступили место древним, могучим дубам и вязам. Их стволы скрывал под собой толстый бархат мха. Свет изменился: стал мягче, теплее, золотистыми лентами просачивался сквозь густую листву, и в этих лучах, словно в чарующемтанце, кружились маленькие огоньки.

Воздух тоже стал иным — плотнее, насыщеннее. В нём явственнее зазвучали ароматы влажной земли, грибов и вековой древесины. Тишина здесь звенела, наполненная дыханием леса. Лишь трели птиц и хруст веток под моими ногами нарушали её мерный ритм. Так я впервые вошла в Лес Ночного Шороха.

Сердце забилось чаще, переполненное благоговением. Со всех сторон полетели нежные шепотки. Они цеплялись за пряди волос, колыхали платье, и от волнения кожа покрывалась мурашками. Сказка струилась в каждом луче, в каждой капле света, искрилась в листве и мягко оседала на подоле платья.

И стало так хорошо, так правильно, что слов не хватало. Вот оно — моё место. Там, где я и должна быть.

Я ступала осторожно, обходя молодую поросль, прислушиваясь к каждому шороху и трепету ветвей. И вдруг увидела куст Ригил, увешанный крупными ягодами. Они были тёмно-синие, почти чёрные, с лёгким сизым налётом, словно покрытые тайной. Я аккуратно, чтобы не повредить ветви, стала снимать драгоценные плоды и складывать в отдельную корзинку, выстланную мягкими листьями.

И тут мои пальцы нащупали нечто иное — прямо у корней Ригил — растение, которого я раньше никогда не встречала. Листья серебристые, почти белые, будто сотканные из лунного света, а крошечные бутоны напоминали жемчужины. Я машинально потянулась ближе, чтобы рассмотреть чудо.

Стоило кончикам пальцев коснуться прохладного листа, как бутоны вдруг раскрылись, излучая мягкое, небесно-голубое сияние. Тёплая, едва уловимая волна пробежала по руке. Я резко отдёрнула ладонь и замерла, зачарованно глядя на крохотное волшебство. Казалось, растение поприветствовало меня, а уже через мгновение свет погас, бутоны вновь сомкнулись, будто ничего и не было.

Я ещё долго сидела на корточках, пытаясь осмыслить случившееся. Магия? Но какая? В академии всегда твердили: дар у меня слабый, годный разве что усиливать целебные свойства трав. А это было совсем иное. Я снова коснулась листа — и вновь бутон раскрылся, мягко вспыхнув голубым светом.

Что же это?

Встряхнув головой, я заставила себя вернуться к делу. Ягоды Ригил были главным моим трофеем. Когда корзинка наполнилась под завязку, я огляделась, прикидывая, какие семена стоит купить для леса, чтобы порадовать Хранителя. Здесь было влажно и тенисто— может, прижились бы папоротники? Или особые мхи? В Асмире нужно поискать не только семена капусты и лука, но и что-то для леса: саженцы вереска, например, чтобы высадить их на опушке в знак уважения.