Книга Его своенравный трофей, страница 28 – Александра Питкевич

– Либо амулет, либо кляп. Сама выбирай, хатагтай, – глядя на меня черными глазами, тихо и весомо произнес тот из степняков, что за меня платил.

– Я не госпожа, – хрипло ответила я, понимая это обращение.

– Да. По статусу ты – рабыня. Но по всему видно, что благородной крови. Никто не поставит тебя убирать за скотом или доить волов. Хатагтай, она и в степи госпожой остается. А какой именно – только тебе решать. Будешь разумной – может и первой женой возьмут. У нас много багатуров. Но наводить колдовство тебе не позволят. Так что делай выбор.

Ученик шамана так и стоял рядом, не делая попытки больше поймать меня за ногу. Все ждали.

Откуда-то с холма послышался радостный возглас, и я, отвлекаясь,перевела взгляд туда. При свете неяркой луны два разбойника пересчитывали улов.

– Отпустишь? – словно было произнесено на языке степей, но я знала некоторые слова, так что понимала, о чем разговор. Тот из степняков, что стоял все время в тени, обращался к моему новому владельцу.

– Они все равно не жильцы. Не знаю, где они достали такую красоту, но от них так и веет смертью. А серебро… его у меня довольно. В накладе не останусь, – отвечал мужчина спокойно, и так, чтобы я понимала. И темные глаза следили не за разбойниками, а только за мной.

От этого взгляда по телу прошла волна дрожи. Опасный человек, сложный. Но и ума ему не занимать. Может, все и получится.

– Так что ты решила, охин*?

– Амулет, – тихо ответила я. Понимая, что выбора на самом деле и нет. И медленно, нехотя, протянула ногу шаману.

С меня стянули сопог и вокруг лодыжки обвилась тонкая лента, украшенная какой-то вышивкой. Нога тут же отозвалась теплом, расходящимся вверх по телу. Мгновение – и все прошло. Только воздух стал каким-то тяжелым, словно бы над нами висела не прохладная ночь, а палило жаркое солнце.

Я сделала несколько судорожных вдохов, пытаясь удержать сознание ясным.

– Сейчас пройдет, – ученик шамана говорил медленно, с трудом подбирая правильные слова.

Пока мы разговаривали, подвели остальных лошадей, и степняк, не тратя больше времени, опустил факел пламенем вниз, в землю. Огонь зашипел, протестуя, недовольно затрещал и погас.

Легко, словно земля не тянула их к себе, мужчины запрыгнули в седла.

– Если станет дурно – скажи. Терпеть смысла нет, – бросил новый хозяин и, подобрав повод лошади, на которой я сидела, ударил по бокам своего коня.

Тихо, словно ночные тени, невысокие лошади понеслись вверх по склону, оставляя мой прошлое и пару разбойников позади. Не было словно даже стука копыт по влажной от утренней росы траве. Только едва различимое позвякивание сбруи и редкие всхрапывания коней. В ушах шумел ветер, но почему-то сейчас мне не было страшно. Словно колесо судьбы повернулось в иную сторону. И пока оно не встало в пазы, это будущее можно было изменить.

_____________

Охин – девица.

Светлая полоса уже раскрасила горизонт, а мы все ехали. Мне казалось, что стан степняков куда ближе, но все оказалось иначе. Солнце медленно поднималось над неровной линией, рассвечивая совсем иную природу. Уже в окружении поместья Вей было меньше деревьев, чем возле столицы, здесь же, словно мы пересекли невидимую границу, встречались только низкие кусты, растущие вдоль берега реки.

Кочевники не остановились ни разу, будто их и не утомили несколько часов в седле, я же чувствовала себя вконец разбитой. Особенно сильно болели стянутые руки и ноги, отвыкшие от верховой езды.