Онлайн книга «Мирошников. Дело о рябине из Малиновки»
|
Проснувшись утром, он обнаружил, что книга так и лежит на кровати под его правой рукой. Поднеся книгу к глазам, Константин прочитал фразы, на чтении которых остановился ночью: «Бибиков с нетерпением ожидал сего перелома. Для ускорения военных действий выехал он из Казани и был встречен в Бугульме известием о совершенном поражении Пугачева. Он обрадовался несказанно. «То-то жернов с сердца свалился» (писал он от 26 марта жене своей)». (А.Пушкин «История Пугачевского бунта») Книга была действительно интересной и содержательной, но никакой зацепки к расследованию Мирошников в ней не обнаружил. Книгу краеведа Рычкова он прочитал еще раньше и сделал несколько выписок из нее. Быстро уйти на службу не получилось. Клавдия сочла, что оказала хозяину большую пользу, когда узнала в арестованном обожателе Рахель Ицкович шустрого посыльного, поэтому она отказалась от молчаливого бойкота и завалила своего хозяина новостями всего квартала. Мирошников умело пропускал мимо ушей сплетни о приказчике из бакалейной лавки, ведомость прегрешений дворничихи, анонсы развития событий в семье дантиста Привалова, вести о прибавлении в семействе модистки Верочки и измышления о том, что Аннушка Парфенова, несомненно, покатилась по наклонной. Константин уже привычно ожидал,что скоро услышит о новой претендентке на роль его супруги, как внезапно слух уловил имя пристава Садырина. Он немного резко прервал поток сообщений: – Когда, говоришь, приходил Садырин? – Дак говорю же, вчерась. Как я пришла из булочной, так он и припожаловал. Говорит: «где его благородие, дело есть у меня». Краткое перемирие было нарушено, едва успев начаться. – Клавдия, сколько раз говорил, всегда незамедлительно докладывай мне все касательно моей службы! Обиженная экономка поджала губы: – А когда отдыхать твоему благородию? Когда хозяйку в дом найтить? А они все ходють и ходють. Садырин ишшо приличный мужик. Такой весь добронравный и почтенный! А тот, что за им следом пришел, так весь человечишко биндюжный. Армяк дранный, а глаз огненный, так и зыркает, так и зыркает. Как неуважительно гаркнет: «Иде твой хозяин, бабища деревенская!» А я такого терпеть не могу. Я уж сколь годов в городе живу, уже и не деревенская. И в церкву хожу, и в парк, где няньки да мамки с дитятками гуляють. И сарафан не деревенский. И хозяин у меня важный, с такими супостатами в един момент расправляется! Клавдия явно могла еще долго рассказывать о своей обиде, надо было ее выводить из состояния уязвленного самолюбия, поэтому Константину пришлось прервать ее: – Что еще сказал этот биндюжный человечишка? Может, мне по службе нужная весть? Клавдия хлопнула ресницами и резко остановилась, потом проговорила, явно огорченная невниманием хозяина к ее проблемам: – Ить какие у него дела, у оборванца каторжного! Всякую околесицу нес. Тарабарщину пустячную. Сказал, что сыч какой-то ждет тебя седня, и что за тобой прилетит синица, как стемнеет. Вот сам он деревенщина. Зачем это синице летать по ночам! Мысленно посчитав про себя до пяти, Константин строго сказал: – Клавдия, ты моя экономка и должна быть помощницей, а ты все портишь. Экономка зашлась в возмущенном крике: – Так я жешь помогаю. И дом содержу, и каклеты научилась готовить, и преступника седня указала! Что я портила? |