Книга Парижский след, страница 63 – Иван Любенко

Клим сунул руку во внутренний карман, достал карточку, выданную Бертраном, и помахал ею перед носом изумлённого журналиста.

— Есть пропуск, коллега. Специальный. До завтра!

Не дожидаясь расспросов, он сбежал вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступени. На улице «газетчик» буквально вырвал фиакр из-под носа у какого-то господина с тростью.

— В префектуру полиции! Галопом!

В здании на набережной Орфевр царила суматоха. Но дежурный ажан, взглянув на пропуск Ардашева, молча кивнул и повёл его прямо в кабинет инспектора той же дорогой, которой в прошлый раз Клима конвоировали как подозреваемого в связях с русскими анархистами.

В кабинете Бертрана стоял туман. Казалось, здесь курила целая рота солдат. Инспектор, красный, взмокший, в окружении множества коллег в штатском и форме, стоял у стены, где висела карта Парижа, и, тыча указкой в район Булонского леса, что-то яростно пояснял.

Увидев вошедшего Ардашева, он осёкся, остановил доклад и нахмурился.

— Что-то случилось, месье Ардашев? Вы не вовремя.

— Случилось, — коротко ответил Клим, глядя ему прямо в глаза.

Инспектор на секунду задумался, потом извинился перед сослуживцами:

— Господа, прошу прощения. Пять минут перерыва.

Он вышел с Климом в коридор, прикрыв за собой плотную дверь. Шум совещания стих.

— Слушаю вас, — проронил Бертран, вытирая лоб платком.

— Я только что узнал, что задержаны те двое наборщиков из «Пти журналь», за которыми я следил. Это так?

— Совершенно верно, — кивнул инспектор, и в его голосе прозвучали нотки гордости. — Мы взяли их тёпленькими, прямо на рабочих местах.

— А как же теперь искать возможную бомбу, если арестованы те, кто имел отношение к её установке, но не сама «голова»? — спросил Клим, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Ведь любому понятно, что анархисты изменят план! Вы спугнули их! Где искать теперь взрывное устройство? Где искать главаря, того самого Беглого с бородавкой?

Инспектор тяжело вздохнул, его плечи поникли. Весь боевой запал улетучился.

— Это не моё решение, месье Ардашев, — устало ответил он, понизив голос. — Я, как и положено, доложил комиссару об этих двух, о вашей слежке. И кстати, о вас тоже сказал много лестных слов. Но комиссар… Он старой закалки. Он приказал арестовать подозреваемых немедленно, чтобы, как он выразился, «обрубить анархистам руки» до того, как они успеют что-то сделать.

— Но «руки» можно найти новые, пока «голова» на плечах! — возразил Клим.

— Я говорил ему! — Бертран погрозил в стену пальцем. — Но это решение начальства. Приказ есть приказ. Ничего не поделаешь, будем как-то выкручиваться из положения. Я усилил посты, ввёл дополнительных агентов в толпу.

Он посмотрел на Ардашева с надеждой:

— Надеюсь, я могу по-прежнему рассчитывать на вас? Ваши глаза на трибуне завтра нам очень пригодятся.

Клим помолчал мгновение, затем коротко кивнул:

— Можете.

— Что ж, спасибо. Мне пора. Надобно продолжать совещание, — бросил инспектор и скрылся за дверью.

Клим покинул префектуру с тяжёлым сердцем. Ощущение надвигающейся беды не отпускало его.

До конца дня ещё оставалась уйма времени, но возвращаться в душные комнаты или к шумному Бельбасову не хотелось. Ардашев, неторопливо гуляя по набережной, вдруг увидел у причала прогулочный речной катер — небольшое судёнышко, раскрашенное в весёлые цвета, которое приглашало на борт редких в этот час туристов.