Книга Венская партия, страница 39 – Иван Любенко

— Цель моей миссии — поиск второго секретаря посольства. Я должен отыскатьего живого или мёртвого. Да, я послан статским советником Клосен-Смитом, но лишь с одним, уже озвученным вам поручением. — Клим внимательно посмотрел на собеседника и добавил: — Но с убийством учёного и вовлечением в дело инспектора тайной полиции кое-что изменилось. И я обязан брать это в расчёт. А посему я буду вам крайне признателен, если вы передадите мне все бумаги, включая любую корреспонденцию, касающуюся изобретений господина Новака, какими бы безумными на первый взгляд они ни казались.

— Хорошо, я распоряжусь. Сегодня вы ещё успеете сесть на пароход в Фиуме. Он отходит в девять.

— Я бы хотел насладиться морскими красотами. А ночью остаётся только спать. Я выбрал завтрашний утренний рейс.

— Папку с документами вам доставят в номер через час. Вас это устроит?

— Вполне. Отель «Европа», комната двадцать пять.

— Надо же, как вам повезло, — откинувшись на спинку кресла, сказал консул. — И отель выбрали тот, в котором жил Шидловский, и портье болтливый попался.

— Я сам не ожидал, что удастся его разговорить.

— Чем ещё я могу вам помочь?

Клим вынул из кармана конверт и протянул Ленивцеву.

— Прошу неотложно зашифровать моё сообщение консульским кодом и незамедлительно отбить телеграмму в МИД для Павла Константиновича Клосен-Смита. Я буду ждать ответа и не собираюсь отлучаться из номера, разве что поужинаю в ресторане отеля.

— Сделаем.

— Благодарю вас, Борис Михайлович, вы очень любезны, — вставая, выговорил Ардашев и протянул руку.

— Видите, как в жизни случается, — покинув кресло, сказал Ленивцев. — Вчера прощались и так же жали друг другу руки, но сегодня снова встретились.

— С хорошим человеком не грех попрощаться и дважды, — улыбнувшись, изрёк гость.

Консул проводил молодого дипломата до самых дверей. Клим вознамерился прогуляться до гостиницы и подышать свежим воздухом. К тому же хотелось отвлечься от вчерашнего происшествия, воспоминания о котором портили настроение. Только ничего из этого не вышло. Снова и снова чиновник особых поручений прокручивал в голове факты и свидетельства последних двух дней, но они никак не хотели складываться в единый пузель^[53]. Он добросовестно изложил всё произошедшее в шифровке в Центр и теперь ждал ответа.

Ардашев уже успел поужинать и собирался вернуться в номер, как в холле «Европы»появился Скальчевский. Стрелки часов у стойки портье показывали шесть пополудни.

— Вот, Клим Пантелеевич, Борис Михайлович просил вам передать, — протягивая папку с завязками, сказал титулярный советник. — Конверт внутри.

— Благодарю вас.

— Получается, насчёт Шидловского я не ошибся.

— Да, вы видели именно его.

— Счастливой вам дороги. Приятно было познакомиться.

— Взаимно, Маврикий Петрович.

Скальчевский удалился, а Клим поднялся в номер. Развязав папку, он первым делом просмотрел бумаги. Некоторые из них были набраны на пишущей машинке, другие листы написаны от руки. Но ничего похожего на торпеды или их устройство он не нашёл. Гироскоп упоминался, но только как часть корабельного компаса. Бывший учитель предлагал использовать его для определения курса объекта, а также азимута ориентируемого направления на земной поверхности. Опять же, учёный убеждал, что засуху можно легко побороть с помощью электричества. И всё. Собрав записи в папку, Ардашев распечатал конверт и, достав из чемоданчика «Справочник-путеводитель» Бедекера, принялся выписывать столбики цифр. Вскоре он прочитал шифровку: «О наличии у Стрельца фотоаппарата “Ланкастер” нам неизвестно. Каких-либо сообщений относительно изобретения К. Новака, связанного с установкой гироскопа на торпеду, от Стрельца в Центр не поступало. Коды шифров в посольстве Вены, как и во всех российских консульствах Австро-Венгрии, изменены. Благодарим вас за переданные сведения. По прибытии в Вену обязательно выясните судьбу Игрока. Продолжайте расследование. Будьте осторожны. Зевс».