Книга Загадка камеры № 13, страница 79 – Жак Фатрелл

Когда Мыслящая Машина закончил свое повествование, комната надолго погрузилась в тишину. Очаровательное лицо Долли Мередит буквально светилось от счастья, и она не сводила глаз со своего отца. В конце концов мистер Мередит тоже посмотрел на нее, откашлялся, поднялся и протянул руку Дику Герберту.

– Я был несправедлив к вам, сэр, – сказал он. – Позвольте мне извиниться. Я думаю, возможно, моя дочь…

Это было излишне. Долли уже находилась рядом с Диком, и ее страстный поцелуй завершил за отца его мысль. Дик, казалось, рассчитывал на продолжение, но Долли уже обвила руками шею Мыслящей Машины, и… он тоже получил свою награду.

– Вы просто чудо! – проворковала она. – Вы ужасно милый и умный.

– Боже мой! Боже мой! – заворчал Мыслящая Машина. – Не делайте этого. Это невероятно раздражает меня.

* * *

Три месяца спустя, когда стало понятно, что поиски Джорджа Фрэнсиса Хейдена вряд ли принесут результат, и за три дня до свадьбы с Диком Гербертом мисс Мередит получила по почте маленькую коробочку, содержавшую кольцо с крупным бриллиантом и короткую записку.

Пока Долли со смешанными чувствами рассматривала подарок, Дик уставился на почтовую марку на упаковке.

– Это отличная подсказка, – сказал он, явно воодушевившись.

Почувствовав угрозу в его словах, Долли повернулась к нему и забрала бумагу с маркой.

– Давай сделаем вид, – сказала она нежно, – что мы не знаем, откуда пришла эта посылка.

Дик некоторое время смотрел на невесту, а потом заключил ее в объятия и поцеловал.

Странная, необъяснимая цепь обстоятельств, связанная с таинственным исчезновением знаменитой актрисы Ирен Уоллэк из ее грим-уборной в театре Спрингфилда, стала первой проблемой, не носившей чисто научного характера, которую предложили решить Мыслящей Машине. Театральная дива исчезла во время спектакля, когда не стих еще шум бурных аплодисментов в ее честь. Помочь с этим случаем профессора попросил репортер Хатчинсон Хэтч.

– Но я ведь ученый, логик, – запротестовал Мыслящая Машина. – И мне ничего не известно о преступлениях.

– Никто не знает, имело ли оно там место, – поспешил заверить его репортер. – Но есть что-то сверхъестественное в этом событии. Женщина исчезла, словно растворилась в воздухе, почти на глазах у своих друзей. Полиция ничего не может сделать. Такая задача не для их мозгов.

Профессор Ван Дузен жестом предложил корреспонденту сесть и сам опустился в огромное кресло, где его тщедушное тело выглядело еще более детским, чем оно было на самом деле.

– Расскажите мне все, что знаете об этом случае, – буркнул он. – Абсолютно все.

Его огромная, увенчанная соломенно-желтой копной волос голова покоилась на спинке кресла, голубые глаза таращились куда-то вверх, а кончики тонких пальцев обеих рук были прижаты друг к другу. Мыслящая Машина пребывал в благодушном настроении. Хэтч ликовал. Он почти не надеялся, что ему удастся вызвать интерес этого человека к делу, выглядевшему одновременно и крайне странным, и совершенно непонятным.

– Мисс Уоллэк, тридцати лет, настоящая красавица, – начал репортер. – Как актрисе ей удалось добиться широкого признания не только в нашей стране, но и в Англии. Вы, возможно, что-то читали о ней в газетах…