Книга Курс 1. Ноябрь, страница 169 – Гарри Фокс

— Его Величество ждёт вас, — тихо произнёс Лютиен, сделав шаг в сторону, указывая, что дальше — моя дорога в одиночку.

Я вдохнул полной грудью, стараясь втянуть в себя не только воздух, но и остатки спокойствия, и переступил порог.

Врата закрылись за мной с глухим, окончательным стуком, отрезав путь назад.

Тронный зал был не просто большим. Он был вселенской пустотой, облицованной мрамором и величием. Казалось, под его сводами, расписанными изображением звёздной карты Империи, мог бы парить дракон. Колонны толщиной с башню уходили ввысь, теряясь в полумраке, где мерцали призрачные огни магических светильников. Длинная-длинная аллеяиз тёмно-синего, как ночное небо, мрамора вела от входа к возвышению в дальнем конце зала.

И на этом возвышении, под огромным, мерцающим витражом с изображением имперского орла, пронзающего солнце, стоял трон. Не пышное кресло, а массивное, аскетичное сооружение из тёмного металла и чёрного базальта. И на нём сидел один-единственный человек. Император.

Он не был облачён в парадные регалии. На нём был простой, но безукоризненно сшитый мундир тёмно-серого цвета, без излишних украшений, лишь с нашивками высшего командования. Его осанка была прямой, но не напряжённой, а какой-то… уставшей. Усталой, как и весь город за стенами. Он сидел, опираясь локтем о подлокотник трона, подпирая пальцами висок, и смотрел на моё приближение. Его лицо, обычно являвшее собой образец непроницаемого спокойствия, казалось, постарело на несколько лет за одну ночь. Глубокие тени легли под глазами, морщины у губ прорезались резче.

Зал был абсолютно пуст. Ни советников, ни придворных, ни даже слуг. Только он, я и гулкая, давящая тишина, нарушаемая лишь моими шагами, которые гулко отдавались под сводами.

Я прошёл половину пути, затем остановился на почтительном расстоянии от трона, склонив голову в формальном, но не раболепном поклоне.

Император не двигался. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, скользил по мне — от прибранных Оливией волос до чёрного бархатного сюртука, до ботинок, на которых ещё не успели стереться следы подземной пыли.

— Подойди ближе, Роберт, — наконец прозвучал его голос. Он был негромким, слегка хрипловатым от усталости или от долгого молчания, но он заполнил собой всё пространство зала. — Нам нужно поговорить. Без церемоний.

Я сделал несколько шагов вперёд, звук собственных шагов по холодному мрамору казался невыносимо громким в этой тишине. Остановился на расстоянии, с которого уже можно было разглядеть тонкую сетку морщин у глаз императора и усталое напряжение в уголках его рта.

— Вы желали меня видеть? — произнес я, понимая всю риторичность вопроса.

— Да, — император медленно опустил руку со лба и сложил пальцы перед собой. — Вижу, ты цел. Ночь выдалась тяжёлой.

— Да, — кивнул я коротко, чувствуя, как под его взглядом снова оживают в памяти вспышки алой магии и треск ломающихся корней.

— Ты заставил многих людей понервничать, — продолжилон, и в его ровном голосе прозвучала не упрёк, а констатация. — Твои поступки были необдуманными. Опасными. Ты исчез из-под охраны, проник в самое сердце угрозы с… — он сделал едва заметную паузу, — с герцогиней Блад. Без плана, без санкции.

— Но они принесли результат, — возразил я, и мой собственный голос прозвучал чуть резче, чем я планировал. — Угроза нейтрализована в зародыше. Я не знаю, какой был бы «обдуманный» план, но тот, что был, сработал.