Книга Мрачные ноты, страница 45 – Пэм Гудвин

– А это не сын Вилли?

Она следует взглядом в направлении моего кивка. Белые волосы создают неземной ореол вокруг ее темной кожи.

– Угу, – отвечает она и возвращается к приготовлению коктейля. – Он самый, солнышко.

– Спасибо.

Засунув большие пальцы рук в передние карманы, я подхожу к полукруглой кабинке и нависаю над его столиком.

Окруженный с обеих сторон девушками, он скользит по мне взглядом и останавливается на моем лице.

– Я тебя знаю?

Выражение его лица скрыто в тени кабинки, но заторможенные движения и невнятную речь трудно не заметить. Он либо под кайфом, либо пьян и, скорее всего, завтра меня даже не вспомнит.

– Ты сын Вилли?

– Ага. – Он тянется за своим пивом, расплескивая янтарную жидкость по столу. – А тебе-то что?

Мне хочется сказать ему, почему я здесь и что бывает, когда он обижает свою сестру. Но если упомяну имя Айвори, он может ей отомстить.

Стараясь держаться в тени, я перегибаюсь через стол и врезаю ему кулаком в нос.

Девушки выскакивают из кабинки и бросаются врассыпную, а его голова запрокидывается назад, затем безвольно свисает набок. Он закатывает глаза и сползает вниз по сиденью.

Кровь стекает по его губам и капает на рубашку. Вероятнее всего, он вырубился из-за своего опьянения, а не от моих несуществующих боксерских навыков. Я надеялся увидеть, как он корчится в агонии, но мысль о том, что он проснется с пульсирующей болью из-за сломанного носа, тоже доставляет немалое удовольствие.

Посетителям бара, похоже, абсолютно плевать на сына Вилли, потому что никто не рвется защищать его, когда я направляюсь к выходу. Я знаю, что это довольно криминальный район, но, черт побери, никто даже не смотрит в мою сторону, когда я выскальзываю за дверь так же незаметно, как и пришел.

Пару минут спустя снова паркуюсь недалеко от дома Айвори и выключаю двигатель, мое внимание приковано к ее входной двери. Она уже должна была вернуться домой, но в окнах по-прежнему темно. Где ее черти носят?

Я уже собираюсь уезжать, когда к обочине подъезжает оранжевый спортбайк. Байкер снимает шлем, под которым показываются черные волосы и смуглая кожа. Черный или латиноамериканец? Он слишком молод, чтобы встречаться с Лизой Вестбрук. Мать твою, лучше бы ему не быть парнем Айвори.

Я подаюсь вперед, упираясь в руль, и вытягиваю шею, когда он подходит к крыльцу и заглядывает в окно. Вместо того чтобы постучать в дверь, он сворачивает в узкий проулок и исчезает за домом.

Мои нервы на пределе. Он друг семьи? Двоюродный брат? Гребаный грабитель? Я забиваю в телефон регистрационный номер его мотоцикла, и через пару мгновений он снова появляется в переулке, затягиваясь сигаретой. Закинув ногу на мотоцикл, он надевает шлем, заводит мотор и уезжает, даже не взглянув в мою сторону.

Странно.

Надо уезжать. Мне нечего тут делать.

Полчаса спустя я все еще повторяю себе эти слова.

Мое терпение сходит на нет с каждым проходящим мимо гопником, каждой проезжающей по улице машиной, скручивая внутренности в тугой узел беспокойства. Одиннадцать часов вечера, завтра в школу, а она неизвестно где ходит и занимается бог знает чем. У меня возникает сильное желание привязать ее к кровати и выпороть за такое безрассудство. Где, черт возьми, ее мать?

Это не моя проблема. Я тянусь к ключу зажигания, и в этот момент мой телефон подает сигнал о входящем сообщении.