Книга Мрачные ноты, страница 90 – Пэм Гудвин

Вот тогда-то я и слышу то, о чем она говорила мне раньше.

Ритм нашего дыхания. Биение наших сердец. Потрескивание в воздухе.

Во мне пульсирует изысканный ритм, пробуждая ощущения, которых я никогда не испытывал, сочиняя мелодию, которую я никогда не слышал.

Наши завораживающие мрачные ноты.

Это гораздо больше, чем наказание или запретное удовольствие. Она никогда не будет моей ошибкой.

– Мы… – она наклоняет голову и всматривается в мое лицо, – проведем так весь вечер? Я не против, но незнание того, что будет дальше, заставляет меня… немного нервничать.

Я провожу пальцем по ее щеке и нижней губе.

– Скажи, что ты мне доверяешь.

Она покусывает уголок рта.

– Вы дали мне все основания этого не делать.

Я опускаю руку, но она ловит ее и поднимает обратно к своему лицу.

– Вы также показали мне достаточно причин, чтобы вам доверять. – Она крепко прижимает наши руки к своей щеке. – Спасибо, что нашли меня. – Скользит пальцами по моим разбитым костяшкам, в ее глазах блестят слезы. – Что защищаете меня.

Господи, эта девушка… Она моя музыка, мое место в этой жизни, моя роль во всем этом.

Наклонившись, я прикасаюсь к ее губам своими.

– Ты последуешь за мной внутрь… – Запускаю руку в ее густые волосы. – Расскажешь мне все, что я хочу знать… – Усиливаю хватку и запрокидываю ее голову назад. – А затем я проверю, насколько ты мне доверяешь. Скажи «да».

В ее глазах вспыхивают уязвимость и отчаяние. Затем она моргает, выдыхает и расслабляется в моих руках.

– Да. Мистер Марсо.

Я следую за мистером Марсо по широким гулким коридорам его огромного особняка. Ноги подкашиваются при каждом шаге, я боюсь вопросов, на которые мне придется ответить, и последующего наказания.

Он кладет руку на мою поясницу и подталкивает вперед. Как ни странно, но подергивание его пальцев придает мне уверенности. Как будто он напуган не меньше моего.

Руки у него дрожали, еще когда он забрался в свой GTO, и всю дорогу сюда его дыхание менялось по громкости и темпу. Мне хорошо знакомы признаки возбужденного мужчины, но с ним все по-другому, я чувствую себя в безопасности. Может, потому, что он не набрасывается на меня, как другие мужчины, с которыми я сталкивалась. Или, возможно, потому, что его рука направляет меня, а не принуждает.

Мы минуем гостиную, обставленную роскошной кожаной мебелью, каминный зал с несколькими диванами и просторную кухню со сверкающей утварью из нержавеющей стали. По сравнению с мрачным готическим фасадом из камня и шпилей, внутри уютно и светло. Но я сомневаюсь, что на учительскую зарплату можно позволить себе такую роскошь.

Люстры из кованого железа, длинные тяжелые портьеры, блестящие деревянные полы, обои из черного дамасского шелка – все это так старомодно и в то же время современно. Такое глубокое отражение его личности. Он словно искушенная благородная душа, любящая знания и истину, которые интересуют его гораздо больше, чем последние сплетни или высокотехнологичный автомобиль. Но после двух месяцев лекций я заметила, что он также ценит быстротечность жизни, мимолетные тенденции и то, как со временем меняются люди и музыка.

Пройдя мимо многочисленных комнат, винтовой лестницы, которая огибает холл, сквозь лабиринт коридоров, я теряюсь в догадках. Зачем одинокому мужчине столько места?