Книга Случайное селфи для бандита, страница 8 – Ольга Медная

Ковальский замер. Такого поворота он явно не ожидал.

— Диссертацию? О горгульях?

— Именно. Вот вы, например, знали, что горгульи на Нотр-Даме выполняли не только декоративную функцию, но и служили водостоками, отводящими грязную воду от стен храма? — я несла полную чешню, вспоминая обрывки передач с канала «Дискавери». — Так и Давид. Он считает, что в его бизнесе я — та самая горгулья. Отвожу «грязную воду» от его репутации.

Старик пару секунд смотрел на меня в упор, а потом… заржал. Громко, на весь кабинет.

— Горгулья! Слышишь, Давид, она называет себя твоей горгульей!

Алмазов вернулся в кабинет. Он выглядел еще более мрачным, чем когда уходил. Услышав слова Ковальского, он замер, переводя взгляд с хохочущего партнера на меня. Я лишь невинно развела руками.

— Давид, — Ковальский вытер слезы выступившие на глазах. — Девочка — золото. Острая на язык, умная. Давно я так не смеялся. Хрен с ними, с оффшорами. Я подпишу контракт. Если у тебя хватает яиц держать рядом такую… «племянницу», значит, ты действительно контролируешь ситуацию.

Алмазов медленно подошел к столу, взял ручку и размашисто поставил подпись.

— Рад, что мы пришли к соглашению, Степан Аркадьевич.

Когда за Ковальским закрылась дверь, в кабинете повисла такая тишина, что я слышала собственное сердцебиение. Давид медленно обернулся ко мне. Он не двигался, просто стоял и смотрел.

— Горгулья? — наконец произнес он. — Ты сравнила себя с каменным чудовищем с водостоком вместо рта?

— Ну, а что? — я вскочила с дивана, балетки окончательно доконали мои ноги, и я их просто скинула. — Это сработало! Он подписал! Вы должны мне памятник поставить. Или хотя бы вернуть моё платье и отпустить домой к Гитлеру.

Алмазов подошел вплотную. Я ожидала криков, матов или очередных угроз. Но он просто протянул руку и коснулся моей щеки. Его большой палец прошелся по нижней губе, стирая остатки невидимой помады.

— Ты не горгулья, Лика, — его голос стал хриплым. — Ты — ходячая катастрофа. Но, блядь, самая эффектная катастрофа из всех, что я видел.

— Это комплимент? — я затаила дыхание.

— Это констатация факта. Тот груз, о котором я получил сообщение… — он на мгновение замолчал. — Его перехватили. И теперь мне нужно уехать. Сейчас. Одному.

— О, — я почувствовала странный укол разочарования. — Значит, я свободна? Можно снимать это розовое недоразумение и идти на концерт?

Давид усмехнулся, но в глазах не было веселья.

— Нет, кнопка. Теперь ты под моей защитой. Глеб отвезет тебя на мою загородную виллу. Пока я не разберусь с «Грозой», ты — единственное, что связывает меня с удачной сделкой. И я не позволю конкурентам найти тебя раньше, чем я решу, что с тобой делать.

— Что?! Какая вилла? У меня завтра смена в агентстве! У меня кот не кормлен!

— Кот будет накормлен лучшими консервами города. А агентство… считай, что ты в оплачиваемом отпуске по семейным обстоятельствам, — он схватил меня за локоть и потянул к выходу. — Двинули. Времени мало.

— Вы маньяк! — кричала я, пытаясь упираться босыми ногами в ковер. — Красивый, богатый, но абсолютно неадекватный маньяк!

— Зато со мной не скучно, — бросил он, выталкивая меня в коридор. — И да, Лика… надень балетки. Там, куда мы едем, много битого стекла и плохих парней.

Я посмотрела на него, на его шрам, на суровый взгляд — и вдруг поняла, что мой вечер только начинается.