Онлайн книга «Наследник жестокого бывшего»
|
Наконец я хватаюсь за ручку двери и слабо прикасаюсь костяшками к полотну. Стуком это сложно назвать, но мысленно я отмечаю, что дело сделано. Опускаю ручку и буквально вваливаюсь в комнату Юдина, когда распахивается дверь. Здесь темно и прохладно. Я слышу только шорох листьев за окном и размеренное дыхание хозяина комнаты. – Свят… – выговорить его полное имя я сейчас не смогу при всем желании. Горло дерет и оно как будто опухло. Пытаюсь сглотнуть, но от горла и до самых мозгов простреливает адская боль. – Свят… проснитесь. Свят, – зову я, покачиваясь. Вцепляюсь в дверную ручку, боясь, что без этой хлипкой опоры совсем упаду. – Свят… – Антонина? – слышу из темноты удивленный хриплый голос. – Ты зачем пришла? – строго спрашивает он, но у меня нет сил оправдываться. – Там… Максим… – хриплю. – А я… Комната начинает быстро вращаться, и перед глазами на мгновение вспыхивает свет, а потом меркнет вместе с очертаниями комнаты Юдина. Ноги подгибаются, и я отключаюсь. Глава 26 Святослав Мне никак не удается уснуть. Перед глазами все время она. Тоня. Горячая девочка с невинным, влюбленным взглядом. Все равно так смотрит на меня. Я отталкиваю, игнорирую, а она смотрит. И в моей груди шевелится что-то, тянет и периодически заходится. Мне за всю жизнь так много раз говорили, что у меня нет сердца, что я и сам в это поверил. Тогда что это шевелится там внутри? Долго кручусь на кровати, пытаясь уснуть. Не дает этот гребаный орган в груди и тот, что ниже пояса. Уперся рогом в матрас, Тоню ему подавай. Ни хрена подобного! Когда уже наконец проваливаюсь в какой-то полусон-полубред, в котором плаваю в мучительном возбуждении, слышу, как негромко звучит мое имя. Ее голосом. Стояк становится еще жестче. Она зовет хрипло, еле слышно. Как могла бы звать, если бы я долго и жестко долбился в ее тело. А потом я понимаю, что это не сон, и Антонина правда зовет меня. Нехотя разлепляю веки и вижу ее силуэт. Она стоит в дверном проеме, держась за ручку двери. – Антонина? – спрашиваю хрипло то ли ото сна, то ли от возбуждения. Я пообещал себе ее больше не трахать и, если придет, отправить, как в прошлый раз. Но сейчас понимаю, что не прогоню. Трахну, а потом отправлю к себе, потому что ну сколько можно терпеть это наваждение? – Ты зачем пришла? – строго спрашиваю ее, давая последний шанс добровольно сбежать от меня. – Там… Максим… – как-то странно сипит она и покачивается. Пьяная, что ли? Прищурившись, смотрю на нее, пытаясь понять, что происходит. – А я… Ее свободная рука взлетает чуть выше, но как будто обессиленно падает. А потом Тоня начинает качаться сильнее. Ее ведет в сторону, и она тащит за собой дверь. Внезапно я понимаю: не пьяная. Что-то не так. Вскочив с кровати, несусь к ней, но не успеваю добежать, как она падает на пол, словно подкошенная. – Ох, твою мать, – вырывается из меня. Стукнув ладонью по выключателю, опускаюсь на пол и переворачиваю Антонину лицом вверх. Лицо красное, покрытое испариной, веки опухшие, губы сухие в трещинах. Убираю с лица ее волосы, и чувствую, что под пальцами она просто кипяток. – Антонина, – зову. – Тоня, открой глаза. Что такое? Тебе плохо? Тоня! Она не приходит в себя. Ее тонкая ночная сорочка вся мокрая, тело слабое и горячее. Подхватив на руки, несу ксвоей кровати. Укладываю и, укрыв одеялом, включаю ночник. Подхватив с прикроватного столика телефон, иду вырубить основной свет, попутно набирая скорую. Коротко объясняю суть проблемы и возвращаюсь к кровати. |