Онлайн книга «Диагноз: Смерть»
|
Я ввел фильтры: [Физическая сила: А+] [Состояние: Критическое] [Статус: Утилизация]. Список сократился до трех позиций. Двое были трупами, которые забыли списать. Гангрена, сепсис. А вот третья… Я нажал на профиль. Объект № 74-Б «Валькирия». Имя:Вера (Фамилия стерта по протоколу «Отказ от Рода»). Возраст:28 лет. Класс:Тяжелый Штурмовик (Ранг «Мастер» в прошлом). Диагноз:Компрессионный перелом позвоночника (L1-L5). Полный паралич нижних конечностей. Разрыв спинного мозга. Атрофия мышц. Примечание:Агрессивна. Склонна к суициду. Подлежит утилизации через 24 часа (экономическая нецелесообразность содержания). Я вгляделся в фото. Даже на тюремном магшоте, с номером на шее и синяками под глазами, она выглядела опасно. Широкие скулы, короткий ежик светлых волос, взгляд загнанной волчицы, которая готова перегрызть глотку, даже если у нее остались только зубы. Бывший гвардеец. Элита. Сломали позвоночник? Значит, кто-то очень постарался. Магическая броня так просто не ломается. — Идеально, — прошептал я. — Беру. «Холодильник» — так называли склад временного содержания должников на окраине промзоны. Бетонный куб за колючей проволокой. Я подошел к КПП. Часы показывали четыре утра. Самое глухое время. В будке клевал носом охранник — жирный, потный мужик в расстегнутой форме ЧОПа «Грифон». Я постучал ножом по стеклу. Он дернулся, пролил на себя кофе и схватился за дубинку. — Че надо⁈ Закрыто! Приемка товара с восьми! Я приложил планшет к сканеру на стекле. Экран мигнул зеленым. [Доступ разрешен. Уровень: Гость (В). Поручитель: С. Волков]. Глаза охранника округлились. Он перевел взгляд с планшета на меня — грязного оборванца. Когнитивный диссонанс в его мозгу читался без всякой магии. — Я за грузом, — сказал я, убирая планшет. — Самовывоз. Объект 74-Б. — Валькирия? — он сплюнул. — Так ее завтра в крематорий. Она ж не ходячая. На кой она тебе? На запчасти? — Не твое дело. Открывай. Охранник почесал брюхо. В его маленьких глазках зажегся алчный огонек. — Документы-то в порядке… Но вот оформление… Бумаги писать, печать искать… А смена-то ночная… Классика. Вымогательство. — У меня нет времени на твои ребусы, — я сунул руку в карман и достал последние 50 рублей. Мятую бумажку. — Это за «быстрое оформление». Он скривился. — Полтинник? Ты смеешься? Это даже на пиво не… — Это полтинник, — перебил я его, наклоняясь ближе, — или звонок Волкову с докладом, что ты саботируешь выдачу его личного заказа. Он сейчас как раз в плохом настроении, только что кровью блевал. Хочешь проверить? Блеф был грубым, но имя Волкова действовало в этой структуре как магическое слово. Охранник выругался, сгреб купюру и нажал кнопку. Лязгнул замок. — Забирай свою калеку. Только тележку сам толкать будешь. Внутри воняло хлоркой и застарелым потом. Длинный коридор, клетки, клетки, клетки. В большинстве было тихо — обитатели спали или были под седативными. Мы дошли до тупика. — Эй, 74-я! На выход! — охранник ударил дубинкой по решетке. В углу камеры, на грязном матрасе, что-то шевельнулось. Женщина. Она была крупной. Широкие плечи, мощные руки, которые сейчас казались слишком тонкими. Ноги безвольно лежали под серым одеялом. Она подтянулась на руках, села. Ее глаза встретились с моими. Там не было мольбы. Там была холодная, свинцовая ненависть. |