Книга Диагноз: Смерть, страница 19 – Виктор Корд

Нервные импульсы доходили до блокады и гасли, рассеиваясь в окружающие ткани.

— Кто тебя лечил? — спросил я.

— Гильдейские, — буркнула она в столешницу. — Сказали: «структурная целостность восстановлена, функции утрачены необратимо».

— Идиоты, — я усмехнулся. — Они просто залатали кость, не расчистив канал. Халтура.

— Будет больно? — спросил она.

— Будет адски больно. Я собираюсь ломать тебе позвоночник заново. А потом сращивать. Без наркоза. У нас только водка, но тебе она не поможет — метаболизм слишком быстрый.

— Делай, — глухо сказала она. — Если я начну орать — сунь мне кляп.

Я положил ладони на ее поясницу.

Сорок пять единиц маны.

На регенерацию нервов уйдет тридцать. На кости — десять. Пять — на запас.

Я закрыл глаза, входя в резонанс с ее организмом.

Ее аура была жесткой, металлической. Она сопротивлялась вторжению.

— Расслабься, — скомандовал я. — Впусти меня. Я не враг. Я механик.

Я послал первый импульс.

[Деструкция.]

Магия, острая как алмазное сверло, вошла в костную мозоль.

ХРУСТ.

Звук был влажным, внутренним. Вера дернулась, ее пальцы впились в край стола, оставляя в дереве борозды. Из горла вырвался сдавленный рык.

Я дробил неправильно сросшуюся кость, превращая ее в пыль.

Кровь не текла — я держал сосуды под контролем.

Теперь самое тонкое.

Я раздвинул осколки позвонка телекинезом (на микро-уровне).

Вот он. Спинной мозг. Белесый шнур, пульсирующий в ритме ликвора. Сдавленный, посиневший, но живой.

— Сейчас пойдет сигнал, — предупредил я. — Это будет как удар током в пятки.

Я направил поток маны прямо в нервную ткань.

[Стимуляция. Регенерация. Синхронизация.]

Я не просто восстанавливал проводимость. Я улучшалее.

Я видел, что ее нервная система была «задушена» ограничителями. Имперские протоколы безопасности ставили блоки, чтобы солдаты не рвали мышцы своей же силой.

Я сносил эти блоки.

Мне нужен не просто солдат. Мне нужна Валькирия.

Я сращивал аксоны, покрывая их новой миелиновой оболочкой, более плотной, более проводимой. Био-хакинг в чистом виде.

Веру выгнуло дугой.

— А-А-А-А-ГХРРР!!! — крик сорвался в вой.

Мышцы на ее ногах — те самые, атрофированные, мертвые — вдруг заплясали под кожей. Судорога свела икры.

— Работает! — прорычал я, чувствуя, как мана утекает сквозь пальцы. 20… 15… 10…

— Еще немного! Терпи! Я собираю позвонок!

Я «лепил» новую кость из осколков и кальция, взятого из ее же крови. Уплотнял структуру. Делал ее прочнее титана.

Последний штрих. Замкнуть контур.

Вспышка зеленого света озарила кухню.

Я отдернул руки, тяжело дыша.

Пот заливал глаза. Мана: 2/100.

Я снова пуст.

Вера лежала неподвижно. Мокрая, как мышь. Дыхание с присвистом.

— Ты… — прошептала она. — Ты сумасшедший ублюдок…

— Пошевели пальцем, — приказал я, сползая на пол. Ноги не держали.

Она замерла. Сосредоточилась.

На ее левой ноге большой палец дрогнул. Потом согнулся.

Она заплакала. Беззвучно, уткнувшись лицом в грязные доски стола. Плечи тряслись.

— Работает… — ее голос сорвался. — Я чувствую… Я чувствую холод от стола ногами.

Я хотел сказать что-то пафосное. Типа «Встань и иди».

Но в этот момент тишину разорвал звук.

Тонкий, высокий звон.

ДЗЫНЬ!

Это лопнула сигнальная нить, которую я натянул по периметру двора, пропитав своей кровью.

Кузьмич в углу встрепенулся, хватая кочергу.

— Барин! Сигнализация!