Онлайн книга «Страшная тайна»
|
– Мы не знали, что принести, – говорит она, – но не могли прийти с пустыми руками. – Как красиво, – произносит Мария, хотя она уже видела их. – Лилии. Смотри, Симона! – продолжает она тоном, больше подходящим для разговора с Эммой. – Имоджен принесла тебе прекрасные лилии! – Как мило, – машинально отвечает Симона, едва удостоив их взглядом. – Поставлю их в вазу, – говорит Имоджен и начинает открывать шкафы один за другим. Джо сходит со своего места и идет в кладовку. Возвращается с огромной банкой, в которой, должно быть, когда-то хранился целиком гусь конфи. – Это подойдет? – Ваз нет? – Все вазы заняты, – говорит Симона. – Неважно. – Имоджен наполняет банку водой и срезает целлофан. Несколько капель желтой пыльцы падают на стол. Симона отодвигает стул, идет к раковине и мочит губку. Вытирает пыльцу и возвращается на свое место. – Вот, – говорит Имоджен бодро и ставит банку на середину стола. – Так лучше, правда? Руби издает вежливое бормотание, но никто больше не отзывается. – Большое спасибо, что пригласила нас на ужин, – продолжает Имоджен. – Так мило с твоей стороны. – Ну, Шону бы не понравилось, если бы я вас не накормила. Или не напоила. Имоджен выглядит немного смущенной. – Кстати, в ведерке закончился лед. Ты не против, если я наполню его? Симона снова поднимается на ноги. Открывает морозильник и достает резиновый лоток для льда. Начинает вынимать кубики и класть их в ведро, один за другим. – Нет-нет, позволь мне, – говорит Имоджен, внезапно смутившись. Она старается, я полагаю. Очень старается. Она протягивает руку, чтобы взять лоток из рук моей мачехи. – У тебя и так достаточно дел. Симона внезапно поворачивается к ней, оскалив зубы. – Не трогай! – резко говорит она. Имоджен делает шаг назад. – Я просто… – Не надо! Это мой дом и вы мои гости! – Но я… Симона поджимает губы, и Имоджен замолкает. Ждет, пока лед, которого хватит, чтобы потопить корабль, вываливается в ведро кусок за куском, а крышка плотно захлопывается. – Спасибо, – говорит она смиренно. – Ужин в восемь, – сообщает Симона. Имоджен семенит прочь, на секунду оперевшись на косяк, словно пытаясь не потерять равновесие. – Симона… – говорит Мария, затем затихает, когда падчерица сверкает глазами в ее сторону. Мы все молчим, пока шаги Имоджен удаляются. Затем Симона вынимает лилии из банки, несет их, роняя капли, к огромному хромированному мусорному баку у задней двери, запихивает цветы туда и с грохотом закрывает крышку. Возвращается к своему месту за столом и снова берет нож. На ее бледном лице появляется улыбка. – Надеюсь, ты любишь баранину! – говорит она Руби. – Я приготовила для вас баранью ногу! Глава 26 2004. Суббота. Клэр – Ты что, это наденешь? Он стоит в дверном проеме, его взгляд скользит вверх и вниз по ее телу и останавливается на животе. – Что не так? Шон вздыхает и отводит взгляд. – Неважно. Думаю, серебряный просто не прощает промахов, вот и все. Если ты это платье хотела надеть, надевай. «Если тебе плевать на мое мнение» – гласит невысказанное дополнение. Клэр смотрит на себя в зеркало. В магазине она думала, что выглядит отлично, но теперь, сидя, она видит, что даже в утягивающем белье между пупком и промежностью остается небольшая выпуклость. Шон хотел, чтобы ей сделали кесарево сечение, как в Голливуде, и так и не простил ей отказа. «Может, и стоило, – думает теперь Клэр. – Даже после трех лет и бешеных занятий пилатесом живот все еще выглядит… сдувшимся. Я же знала, что выхожу замуж за человека, у которого есть претензии к женскому телу и любым его недостаткам. Все эти насмешки над Хэзер, ее боками и обвисшими сиськами; надо было понять, что подобное ждет и меня. Боже, как женщин натаскивают соревноваться друг с другом! Когда же мы поймем, что от этого проигрываем мы все? Сейчас он так же ведет себя с Линдой, и я могу винить в этом только себя». |