Онлайн книга «Дорогуша: Рассвет»
|
– Рианнон. Я ничего такого не хотела… – Да не переживайте вы, правда. Избавьте меня от всей этой пурги. Не плетите, что это я должна была получить место Дейзи, что вам следовало больше для меня делать и что я всегда вам нравилась, потому что все это – полная херня, а у меня в жизни ее и без вас хватает. Она опустила вилку на стол рядом с салатом. – О боже, теперь мне так стыдно. – Ну это и понятно, ведь я вас уличила. – И все же. Это было непрофессионально с моей стороны – говорить так неосторожно. Прости меня. – У вас самой жизнь была не сахар. Я понимаю. Три неудавшихся ЭКО, да? Она нахмурилась. – Да, несколько лет назад. Да блинский блин… – И два несостоявшихся усыновления, правильно? Или три? Пять выкидышей, один мертворожденный. После такого любая озлобилась бы. Она оттолкнула тарелку, намеренно не встречаясь со мной глазами. Народу в заведении поприбавилось, звон посуды и бряканье столовых приборов усилились, как и густой аромат кофейных зерен. – Я понимаю, почему вы стали такой, какой стали, – сказала я. – А вы понимаете, что я вот такая, какая есть. Мы обе через многое прошли. Господи боже, да во мне горечи столько, что я могла бы плюнуть в ямку, вырытую в земле, и из нее бы выросла целая грядка лука. Вы просили у жизни младенца, а она дала вам что угодно, но только не его. Ее лицо стало жестким, черты заострились. – Зачем ты мне позвонила, Рианнон? Я думала, ты хочешь поговорить о том времени, когда мы работали вместе, или попросить обратно свою должность. – Нет, ничего такого. – Значит, ты просто хотела ткнуть меня во что-то носом? Во что же? Пинки в животе усилились. Откуда-то доносился писк еще одного младенца, который тоже требовал к себе внимания. Я погладила себя по животу и выдохнула так энергично, что салфетки слетели со стола. – Клавдия, отец ребенка – Эй Джей. Ее глаза вспыхнули, чашка с кофе со звоном рухнула на блюдце. – Что? Пинки прекратились. – Это его ребенок. Доказать это прямо сейчас я не могу, но ребенок – его. Она распрямила спину и умудрилась еще шире распахнуть свои усталые глаза. – О боже. А Крейг знает? А его родители? Вместо ответа я ограничилась многозначительным движением бровей и отхлебнула лимонада. – Мамочки. То есть там у тебя мой внучатый племянник или племянница? – Племянница. Это девочка. Она уставилась на мой живот так, как будто от него исходит сияние. – Клавдия, вы хотите принимать участие в ее жизни? – спросила я и в ту же секунду почувствовала, будто у меня со спины сняли огромный тяжеленный рюкзак. Она смотрела на меня не мигая. – Я? – переспросила она. – Ты этого хочешь? – Я боюсь, что одна не справлюсь. Мне нужна поддержка. Во всех этих книгах для беременных только и разговоров, что о поддержке, которой должно быть очень-очень много. А у меня никого нет. Вы же для нее родная кровь, так что… – О господи. – Клавдия порылась в сумке, откопала салфетку и высморкалась. Подошел официант и спросил, все ли в порядке с едой, но ни одна из нас ему не ответила, так что он ушел. Пока он находился рядом, она не поднимала глаз. – Ты это серьезно? – спросила она наконец, и я увидела, что она вот-вот заплачет. – Ага. Я не то чтобы очень религиозная, но мы могли бы устроить крещение или что-нибудь вроде того и объявить это официально. Вы могли бы стать ее крестной. |