Книга Пробуждение Оракула, страница 105 – Катерина Пламенная

Бой был окончен. Солдаты, оставшиеся на ногах, видя, что их командир повержен, а против них — опытный снайпер и разгневанный капитан, которому нечего терять, начали поодиночке и группами выходить из укрытий с поднятыми руками.

Анна стояла, дрожа всем телом, глядя на поле боя, которое еще несколько минут назад было мирной снежной поляной. Раненый Артем, хрипящий в красном снегу. Раненая Елена, которую Светлана пыталась перевязать. Максим, стоящий на колене над телом поверженного Орлова и проверяющий его пульс. Кровь. Кровь повсюду на ослепительно-белом снегу.

Она сделала это. Она использовала свой дар, свою боль, свою ярость не для бегства, а для атаки. Не оружием, а словом. И она победила. Они победили.

Она подошла к Максиму. Он тяжело дышал, его кулаки были в крови, а взгляд был пустым и усталым. — Все... все кончено? — тихо, почти беззвучно спросила она.

Он посмотрел на нее, поднялся во весь рост, и в его глазах, помимо боли и усталости, было море других эмоций — облегчение, пустота, и...бесконечная, безмерная гордость. Гордость за нее. — Кончено, — сказал он хрипло. — Он сломлен. Окончательно.

Он обнял ее, прижал к своей груди, и она, наконец, позволила себе расслабиться, позволила себе расплакаться. Плакать от страха, который не отпускал ее все эти месяцы. От боли за раненых друзей. От потерь, которые они понесли. И от смутной, но такой желанной надежды на то, что кошмар, наконец-то, позади.

Вдалеке, сначала приглушенно, а потом все ближе, послышался нарастающий вой сирен. Алиса, еще до начала штурма, успела отправить зашифрованный сигнал бедствия не людям Орлова, а настоящей полиции и службе скорой медицинской помощи.

Пока Максим и Алиса, уже как законные представители порядка, занимались пленными и организацией помощи раненым, Анна подошла к Артему. Он лежал в снегу, прижимая окровавленную руку к раненому плечу, его лицо было серым от боли и потери крови. Но, увидев ее, он попытался слабо улыбнуться.

— Я... я сказал тебе, что помогу... до конца, — прошептал он, и в его глазах стояли слезы. — Ты помог, Артем, — она опустилась перед ним на колени, не боясь запачкать одежду в крови. — Ты был храбрым. По-настоящему. Спасибо тебе.

Он кивнул, и его глаза закрылись, сознание покидало его от болевого шока и потери крови.

Анна еще некоторое время сидела на холодном, пропитанном кровью снегу, глядя, как подъезжают машины скорой помощи с мигающими синими огнями, как полицейские заковывают в наручники солдат Орлова, как санитары осторожно несут на носилках Елену и Артема. Светлана, невредимая, но находящаяся в глубоком шоке, помогала им, ее пальцы автоматически перебирали четки.

Максим подошел к ней, его лицо было усталым, но спокойным. Он снова обнял ее, и на этот раз его объятия были нежными и защищающими. — Все хорошо, — прошептал он ей в волосы. — Все позади. Мы выжили. Мы все выжили.

— Мы победили, — поправила она, глядя на то, как тело Орлова грузят в полицейскую машину под усиленным конвоем.

Она посмотрела на дом — их «Гнездо», их крепость, которая выстояла под шквальным огнем, на стенах которого остались шрамы от пуль. На лес, который снова стал тихим, величественным и мирным. На темное, зимнее небо, где уже зажигались первые, яркие звезды, словно знак того, что тьма отступает.