Книга Охота на волков, страница 172 – Валерий Поволяев

Ужас растекся по всему его телу, парализовал мышцы, в голове возникло горестное, короткое, как последний вздох: «Все!» – и Бобылев поник, ноги у него сделались ватными – он перестал бороться за свою жизнь.

Где-то глубоко внутри возникло и тут же погасло сожаление: подбитая кряква ушла, а на маленьком камышовом островке, где он соорудил себе скрадок, остались лежать его вещи с «винчестером» и добыча – гусь с уткой.

Кстати, утку он даже успел приготовить, осталось только бросить в шулюм, – Бобылев собирался посидеть в тихой ночи у костра, полакомиться горьковатым нежным мясом, послушать, как переговариваются в небе звезды, в протоках плещется тяжелая рыба, вышедшая, как и утки, на ночную кормежку, да иногда тревожат тишь своим стрекочущим колдовским шелестом камыши.

Он уже потерял сознание, погрузился в некую кровянистую муть, судорожно открывал рот, стараясь захватить хоть немного воздуха, но вместо воздуха он наливался холодной вонючей водой, глотал и глотал ее, сознание должно было уже давно покинуть его, но оно судорожно цеплялось за слабеющую плоть, не хотело уходить…

В тот момент, когда красновато-розовая муть уступала место черноте, Бобылев почувствовал, как чьи-то руки разрезали веревку, обвившую тело резиновой лодки, выдернули его из страшного бутерброда и поволокли вверх.

И вот когда он уже очутился наверху, на воздухе, сознание окончательно оторвалось от него, Бобылев дернулся в последний раз и затих.

Человек, который спас его, ухватил бедолагу рукою за голову и вплавь, усиленно гребя другой рукой, поволок к камышовому островку, будто бревно. Прибуксировав Бобылева к твердому пятаку, человек отплюнулся холодной несвежей водой, выругавшись, заполз на островок и следом за собою втащил на твердь Бобылева.

Нагнулся над ним, с силой надавил руками на грудь. Рот у Бобылева открылся сам по себе, из него длинной упругой струей выплеснулась вода. Человек вновь нажал руками на грудь утопленника, и из того опять выбрызнула вода. Наглотался он основательно.

Спаситель Бобылева начал выдавливать из него воду коленом, потом сел верхом и стал делать искусственное дыхание.

Через несколько минут Бобылев захрипел, и человек обрадовался:

– Жи-ив, курилка! – Голос у бобылевского спасителя был сиплым, усталым, дыхание осекалось. Он заработал быстрее, приподнимая руки и резко опуская их, командуя самому себе: – Р-раз! Р-раз! Р-раз!

Минут через десять Бобылев зашевелился, приподнялся, но не удержался на руке – сил у него не было, – и рухнул на спину. Кровь из ободранного затылка залила Бобылеву шею, он застонал.

Человек, спасший его, выдернул из кармана платок, подоткнул Бобылеву под затылок. Платок быстро набух кровью. Тогда спаситель приподнял голову Бобылева и проворно ощупал затылок пальцами, пытаясь определить, проломлена кость или же только разодрана кожа…Никаких проломов он не нашел, сколы костей не впились в пальцы, ничто не продавилось – значит, пострадала только кожа с волосами.

Крови, конечно, будет много – так всегда бывает: в голове – множество разных сосудов, кровеносных сеток, капилляров, которые даже при малых порезах сильно кровоточат, вызывая у слабонервных дамочек обмороки – так много крови выходит, бывает даже похоже, что вытекают мозги, а на самом деле ничего не вытекает и вообще ничего страшного… Так и у этого нахлебавшегося воды бедолаги.