Книга Странная смерть Эдика Мохова, страница 106 – Инна Балтийская

Весело болтая, старичок выставил на стол большой электрический самовар, достал из резного буфета три фарфоровые розетки, в которые от души плеснул клубничного варенья, затем оттуда же появился пакет пряников, тут же высыпанных в огромное блюдо с рисунком из фиалок. Словом, по делу мы начали говорить хорошо если через полчаса, когда набитый пряниками желудок настойчиво потребовал оставить его в покое.

– Ну, девули, что вы узнать-то хотели? – спросил веселый дедушка, когда я начала активно отталкивать от себя очередную чашку крепко заваренного чая.

– Ох, прямо неудобно за столом такие вопросы задавать… – замялась я. – Я хотела знать, как вы вышли на Виктора. И как нашли остальных пропавших девушек.

Он ненадолго задумался.

– Ну, вы же в курсе, что после выпускного вечера одну из выпускниц, Зою Михалеву, обнаружили на месте преступления, на пустыре возле клуба? – спросил он. – Бедняжка, похоже, вышла воздухом подышать. Перепила слегка, одноклассники сказали. Ну вот и подышала. Я тогда дежурил в части как раз и на вызов поехал.

Он снова задумался, потом продолжил нараспев, тоном греческого сказителя, временами скатываясь с языка Гомера на полицейский канцеляризм:

– Мне и без экспертизы все сразу ясно стало. Насильник совершил нападение сзади, разорвал на ней юбочку… хотя, что там рвать, там и ткани почти не было, одно название. Похоже, по ходу он производил захват руками и удушение жертвы, поскольку она не кричала. Видимо, быстро задохнулась, к тому же у нее передний горловой хрящ сломан был. Но доделать свое грязное дело нападавший не успел. Три подружки Зои решили на ее поиски пойти. Они дурного не думали, боялись, что она спьяну споткнется, ногу поломает, лицо там расцарапает.

Он перевел дыхание, набрал побольше воздуха в грудь и аж зажмурился от удовольствия:

– Вышли, зовут ее, а вокруг сирень такая упоительная… Голова от ее запаха так и кружится, в груди стеснение… Они и решили пройтись немного, прежде чем в прокуренный насквозь клуб возвращаться. И увидели… то есть они не поняли сначала, что именно увидели. Только, говорят, взметнулся в воздух человек-гора – и наутек.

Он снова замолк, задумавшись. Подождав немного, я осторожно спросила:

– Теперь понятно, почему он не спрятал тело, как обычно. Но с чего вы решили, что это был Виктор Ерохин?

Он лишь покачал головой.

– Ну, девчонки со страху его не разглядели, то понятно. И спермы не было – не закончил он тогда дело. Но, видите ли… Улики были. И показания.

– Но для книги нам надо знать, какие. Это ж не тайна следствия, двадцать лет уже прошло?

– Да что вы, какая тут тайна? Каждая собака про эти улики знала. Вите его подружка Ангелина когда-то кольцо с печаткой подарила. Он носил не снимая. Кольцо не золотое, конечно, позолоченное, но красивое, с каким-то квадратным камнем, словно темная кровь запеклась. А тут это самое кольцо рядом с девочкой убитой валялось. Ну и какие вопросы?

– А как он сам объяснил это? – Я нахмурилась: похоже, правы были Лаура и Георгий, зря я мучаюсь в этом заброшенном городке.

– Да он-то объяснял, не сумневайтесь. – Он жизнерадостно рассмеялся. – Говорил, что то кольцо подарил Кате Мошковой, актрисульке, которая зимой еще исчезла. И больше, мол, о судьбе кольца ничего не знает.

– Но почему вы ему не поверили? – подала дрожащий голос Анна. Я метнула на нее злой взгляд и даже пнула под столом ногой, но Сергеев вовсе не обиделся на вопрос.