Книга Фонарь Джека. 31 история для темных вечеров, страница 35 – Александра Рау, Анна Щучкина, Анхель Блэк, и др.

Существо, сидевшее в Гансе, закрыло глаза.

– Я Гамори, один из демонов Гоэтии. Тех семидесяти двух демонов, которых вызвал царь Соломон для возведения храма. Это все, что тебе нужно знать, потому что сегодня вы, – он открыл глаза и провел рукой, показывая на прихожан, – умрете!

Патрик начал громко читать заклинание экзорцизма, которое небрежно, но все же выучил на уроках в Ватиканской школе. Люди тем временем вскакивали со своих мест и пытались обойти одержимого. Заметив, как пожилой мужчина начал трясти дверную ручку в попытке открыть, демон взмахнул рукой, и того протащило по всему проходу прямо к ногам Патрика.

Мортем помог подняться мужчине и выступил вперед, продолжая читать заклинание:

– …omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica.

– Ох, Патрик, – оскалился Гамори и пошло улыбнулся женщине, замершей у скамьи. – Это так не работает. Ты не веришь, поэтому не действует.

На Гамори кинулся рослый мужчина, один из знакомых Патрику прихожан. Демон моментально ударил прихожанина в живот, Патрик только увидел, как из разорванной страшной раны вывалились кишки. Женский визг и крики тут же заполнили всю церковь. Гамори наклонился и, потянув внутренности на себя, впился в них зубами так, словно уплетал сосиски.

Отец Патрик Мортем не был трусом – но не был и храбрецом. Он почувствовал дурноту, на коже выступил холодный пот. Патрик на мгновенье зажмурился, больше всего на свете желая, чтобы это все было сном. Его голос, произносящий слова на латыни, дрогнул и затих, когда участь первого убитого постигла и его спутницу. Что он мог сделать против существа из Ада?

За двумя жертвами последовала третья, и Патрик, бросив Библию, схватил чашу со святой водой и пошел на демона, молясь, чтобы хоть что-то сработало.

На полу и стенах алели разводы крови, словно это скотобойня, а не Божий храм. Никогда в жизни Патрику не было так страшно. Пока Гамори убивал еще одного прихожанина, Мортем плеснул воду на него и начал заново читать заклинание, при этом не переставая осенять крестом. Лицо Гамори, до этого покрывшееся волдырями, плавилось, но он злорадно улыбнулся и сделал шаг к Патрику.

Отец Мортем не хотел умирать, но не мог допустить, чтобы демон убил всех этих людей. Дрожащим, отчаянным голосом он взмолился:

– Ганс! Борись! Я знаю, что ты еще где-то там.

– Ганса здесь больше нет, отче. Считай, он умер.

– Что тебе нужно? Зачем ты пришел?

В потухшем взгляде Гамори появился интерес.

– Наконец-то ты начал соображать, Патрик. Мне нужно сжечь это место.

– Хочешь, чтобы я устроил пожар? – дрожащим голосом уточнил Патрик.

– Именно. Сделаешь это, и твои оставшиеся овечки будут жить.

Он не сказал, что Патрик останется в живых, но какое это сейчас имело значение, если других можно спасти? К тому времени, как приедут пожарные, Гамори исчезнет. Если церковь не потушат, то отстроят заново. Про статуи священник не думал.

– Я все сделаю, – ответил Патрик.

– Отлично. – Гамори улыбнулся, демонстрируя окровавленные зубы. – И чтобы тебя поторопить, я продолжу трапезу.

– Нет! Не тронь их! У нас договор!

– Никакого договора, падре, пока собор не пожрет пламя, – протянул Гамори и прыгнул через скамьи на жавшегося к каменной стене старика.