Книга Размножение, страница 69 – Тим Каррэн

– И что?

Лок облизал губы и посмотрел Койлу прямо в глаза.

– Думаю, это начинается сейчас. Мы видели это на «Харькове» пять лет назад. Начало этого. Пробное испытание, так сказать. Сейчас начнется по-настоящему. Глобальное пробуждение. Если хочешь, можешь считать это вздором, но то, что происходит у мегалитов по всему миру, подтверждает это: люди собираются. Что-то случится, Ники, что-то грандиозное и страшное. И когда случится, человечество как независимая единица перестанет существовать. Старцы овладеют нами. Нас вовлекут в нечто большее, и я не верю, что мы сможем как-то этому помешать.

Койл какое-то время молчал, потому что ему стало трудно дышать. Мир будто заново раскрывался перед ним.

– Знаешь что, Лок? Умеешь ты ломать кайф.

– Кайфуй, пока можешь, – очень серьезно ответил Лок. – Потому что в это время через год такие людские штучки, как сигареты, алкоголь, трах ради удовольствия, а не ради прибыли, и даже сама свободная воля уйдут в прошлое.

Ночь за ночью одно и то же: стоило Койлу закрыть глаза, как он видел пришельцев. Он никогда не видел их своими глазами – и не хотел увидеть, – но слышал достаточно описаний (и видел рисунки Слима), поэтому в его сознании легко возникали образы этих тварей. И он думал о том, что сказал Лок: неужели эти образы всегда были в его сознании… и лишь ждали подходящего момента, чтобы всплыть на поверхность?

Они преследовали его во сне, хотя спал Койл мало.

Обычно на ночь приходила Гвен, но даже она не могла заставить его забыть о растущем страхе не только за себя, но и за все человечество.

За день до начала поисково-спасательной операции температура была минус тридцать, и от резкого ветра дребезжали стекла. Ничего необычного. Готовя завтрак для команды: он жарил бекон, варил кофе, смазывал оладьи черничным вареньем, – Койл смотрел на собирающихся, стараясь понять, испытывают ли они то же, что он.

Казалось, нет.

Бив проводила еженедельную проверку холодильников, напевая песенки из репертуара The Young Rascals и вспоминая беззаботные дни 60-х. Ида нарезала фрукты, но только потому, что Бив заставила ее это делать. Гат пришла со своей обычной утренней расчистки снега, жалуясь, что ее дочь снова сошлась со своим бывшим. Появился Хоппер с восклицанием, как ему нравится по утрам запах бекона. Особый Эд сидел в углу, ел тост, пил кофе и просматривал свои отчеты. Хорн не пришел на завтрак, но и в этом не было ничего необычного. Он, вероятно, был в цехе тяжелой техники, возился со «снежными котами» и «спрайтами». Раньше ланча он никогда не показывался. Как и Лок. Когда наступала зима, Лок становился одержим генераторами, обхаживал их, как чересчур заботливая мамаша. Стоукс, Хансен и Кох всю ночь работали с бойлерами и сейчас спали. Гвен пришла с Зут. Крайдерман по утрам мучился от похмелья и способен был глотать только «Алка-Зельтцер». Как и доктор Флэгг. А Эйк редко покидал лабораторию атмосферных исследований.

Все казалось обычным. Нормальным.

Фрай и Дэнни Слим пришли вместе, они спорили о современном кино. Фрай говорил, что в хорошем кино обязательно должны быть револьверы и взрывы, а Слим отвечал, что это типичное американское мышление. Европейское и азиатское кино гораздо лучше, говорил он, потому что в нем насилие используется, только когда это необходимо для сюжета.