Книга Улей, страница 174 – Тим Каррэн

На этот раз Фокс посмотрел.

Боже.Органы. Образцы тканей. Это какая-то биологическая лаборатория. Он не знал, принадлежат ли эти органы человеку или животным, но догадывался. Разглядывал образцы плоти в сосудах и баках. По коже бежали мурашки, в животе все переворачивалось.

Но он удерживался от крика, пока не увидел кое-что еще.

Руку человека.

Человеческую руку, плывущую в сосуде.

Потом пару человеческих глаз.

И наконец, в круглом баке с мутной розовой жидкостью… человеческий зародыш. Мертвый, с бледной плотью, но у этого зародыша, как у уродца на ярмарке, имелся дополнительный набор конечностей. Фокс не мог сказать, руки это или ноги, но первое казалось вероятней. Они росли прямо из-под мышек, но были бескостные и изгибающиеся, как щупальца. И усажены присосками, как у осьминога.

Фокс отступил, обливаясь холодным потом.

Он дрожал, кружилась голова, мутило. Ей-богу, что это за ужасное место? Что здесь происходит и что происходило в далеком прошлом? Он даже представить себе не мог.

Потом он нашел нечто еще хуже.

Больше зародышей в баках, целая уставленная ими стена, только зародыши более сформировавшиеся, больше похожие на эмбрионы.

Они как будто плавали в кипящем желтоватом желе, в желчи.

Плавали, привязанные прозрачной пуповиной, и как будто ожидали рождения. Борясь с тошнотой, Фокс в ужасе подошел ближе, тяжело дыша. Коснулся одного из баков. Это было не стекло. Он словно прикоснулся к плоти, мягкой и податливой. Синтетическая матка. Один из эмбрионов вздрогнул. Другой дернул розовой рукой.

Живые.

Они были живые.

Спотыкаясь, Фокс прошел в другую комнату. Снова машины, необычные химические аппараты. Еще один человек. Только это был не человек. Плавающий в огромном цилиндрическом баке, он был меньше современного человека, примитивное существо, скорее обезьяна, чем человек. Низкорослый, приземистый, он был мертв, но, очевидно, очень силен при жизни, с мощными мышцами, с сильными свисающими руками. Лицо было обезьянье, тело покрыто густой шерстью.

Человек каменного века.

Обитатель пещер.

Обезьяночеловек, каких Блекберн видел в городе и описал в дневнике. И как и у них, у этого на спине между плечами торчал похожий на краба паразит. Многоногая тварь, покрытая плотной оболочкой, кремового цвета, с придатками, впившимися в тело обезьяночеловека.

Шестеренки в голове Фокса вращались, делая быстрые и, возможно, иррациональные выводы. Но он не сомневался в том, что видит, в выводах, которые делал его мозг. В том, что это за место и что оно означает для человечества.

Он отвернулся и увидел еще один бак.

В нем в растворе плавали десятки таких паразитов. Они свернулись, как мертвые пауки, но не казались мертвыми. Фокс постучал по стенке бака, и один паразит развернул конечности, потом снова свернул их. Живой.Как и зародыши. Чем бы ни была это ужасная лаборатория, она не заброшена, она продолжает действовать.

Фокс готов был бежать, но в следующем помещении увидел еще одно тело, современного человека, лежащего на столе. Человек был обнажен и выбрит, как и те, кого он видел раньше, но этот был приколот к столу, как бабочка в коллекции насекомых. Верхней части головы не было. Она была очень аккуратно срезана.

Фокс подошел ближе.

Мозг человека был удален.

В черепе ничего не было, только какая-то путаница проводов, ведущих к предмету, похожему на коробку для шляпы. Провода – тысячи, и каждый из десятков сплетенных тонких нитей, как конские волосы, – уходили в этот предмет. Фокс прикоснулся к нему. Поверхность предмета была усеяна выступами и углублениями. Напоминало какую-то невероятно сложную электронную схему. Фокс коснулся проводов: они были теплые и при прикосновении как будто становились теплей. А тело, белое, словно фарфоровое, казалось не просто бескровным, а безжизненным, почти искусственным в своей гладкости.