Онлайн книга «Мой телефон 03»
|
Мы подбираем отмороженного бомжа с площади Кирова. В руках у обросшего краснолицего деда половина батона, добрые люди угостили бездомного чем бог послал, вызвали скорую и смылись в неизвестном направлении. – И куда нам его? – Социальная служба? – неуверенно предлагает водитель. – Нет у нас таких. – Вытрезвитель? – И этого не придумали еще. – Может, полицию? – Они не приедут. – Давай в дежурную терапию, как обычно. Пусть погреется в приемнике. – Мы туда сколько уже сегодня отвезли, нам же красную карточку выдадут! – Пусть не выдают, по зиме всегда полный приемник бомжей. – Доктор, я что-то ног не чувствую! – Отморозил, дедуль. Сейчас погреешься. В приемном отделении дежурной терапии инсультнику негде упасть – каталки, кушетки и теплые углы заняты бомжами, алкоголиками и прочим асоциальным сбродом. Медперсонал забаррикадировался в служебном помещении и периодически высылает санитарку разогнать тряпкой почти осязаемое облако вони. Прибывшая с обострением холецистита женщина «из приличных» затравленно оглядывается по сторонам и явно жалеет, что не отказалась от госпитализации. – Давай, Маш, носилки, он, кажется, идти не может. – Еще как может! Подъем, уважаемый, лапками перебираем потихоньку. Куда, интересно, тебя положить? – Словно по команде обитающий на кушетке алконавт совершает неудачное телодвижение и тяжелым мешком скатывается на пол. – А вот и место освободилось, присаживайся! – Кого привезли? – дежурный терапевт в двух масках осторожно выглядывает из-за двери. – Все те же лица, доктор. Отогреется и уйдет, можете не смотреть. – Нет уж, я посмотрю, может, он и не живой уже. Ага, вижу. Все в порядке, езжайте. – Врач расписывается в карте вызова. – И чтобы больше вас и ваших бомжей! Нашли, понимаешь, санаторий. – И исчезает за дверью. – Ну вонища! – водитель открывает нараспашку все двери и на полную мощность врубает вентиляцию. – Помывку бы взять, а? «2410, нам помыться». «Решение… Вернуться на подстанцию». * * * Временами мне кажется, что восстание машин – это вовсе не атомная война. Это разряженный дефибриллятор, черная сумка с трупом кардиографа в салоне и упавший сервер рабочей сети для связи с диспетчером. – Сегодня зовите меня радистка Кэт, 2410 свободны! – ору в скрипящий помехами передатчик. «Бригада, примите вызов. Адрес… Номер… принят… передан». «Мы поехали». Мужчина средних лет, избыточной массы, лысый, покрасневший и потный от одышки, задыхается после запоя, давление 140, сатурация 92. – Померять глюкозу? – Расходников нет, одна тест-полоска на сутки. Оставь. Что у нас с кардиограммой? Ого, надо же, работает! Поменяла, что ли? Молча демонстрирую обмотанный проволокой электрод заземления. – Молодец, студент, он нам сейчас понадобится. – Фельдшер снимает длинную полоску записи и оставляет кардиограф в режиме постоянного мониторинга, настраивая параллельную запись в память аппарата. – Тахикардия? – Трепетание. Пульс 250, амиодарон в систему, аспаркам в шприце и в машину за носилками, не забудь дефибриллятор. – Стрелять будем? – Пока не знаю. Вы поедете в больницу, – это уже пациенту. – Я не. – Никаких не. И не вставать. Бегом спускаюсь вниз, забираю носилки и сумку со всякой полезной мелочью, вдруг все-таки качать придется. – Ружье забыли! – кричит шофер и бросает мне сумку с дефибриллятором. Водитель опытный, сообразил, к чему готовиться, подъезжает ближе, выкатывает носилки на колесах, подключает питание к электросети в салоне. Лифта нет, пять этажей туда, пять – обратно, вся снаряга в сумме килограммов на семь потянет, может – меньше, но в квартиру вваливаюсь с одышкой. Пациент продолжает отказываться от госпитализации. |