Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 207 – Евгений Бочковский

Тем не менее, по ходу его рассказа с некоторого момента я стал ощущать определенную недосказанность. Сюжет плохо связывался воедино, так как повествованию недоставало некого лица, чье присутствие ощущалось слишком явно. Фаринтош пытался всю вину взвалить на себя, но его хилые плечи плохо подходили для столь тяжелой ноши. При том, что я оценил его готовность к полному саморазоблачению, мне он даже с посыпанной пеплом головой был интересен куда меньше остальных участников. Холмс и, по всей вероятности, Армитедж – вот ради кого я «глотал пыль» по выражению искренне удивленной этим миссис Фаринтош. Предположив, что ее сын пытается пригладить выглядывающие уши того, кто мне был нужен, я предложил ему не заигрываться в благородство и уделить внимание всем персонажам пропорционально их вкладу. Мой упрек в том, что он выгораживает друга, вывел его из себя. Он запальчиво объявил мне, что «тот человек» ему давно никакой не друг, и что он не хуже меня понимает, как низко тот пал, а потому навсегда порвал с ним. Я попробовал внушить ему мысль, что этого недостаточно, но он был непреклонен. Странные, если не сказать инфантильные представления о чести вынуждали его проявлять особую щепетильность в отношении именно тех, кто эту честь в его глазах утратил. Возможно, он не хотел лишать подлеца шанса на раскаяние, которым однажды воспользовался сам. В какой-то момент я понял, что он готов скорее лично покарать того, о ком умалчивал, чем сделаться «доносителем».

Из-за того, что просьба миссис Фаринтош сработала только в отношении сына, его рассказ вышел настолько половинчатым, что я не буду его здесь приводить. Тем более, что на мою удачу, Фаринтош до момента нашей заминки несколько раз упомянул человека, сыгравшего ключевую роль в деле, некого Берджесса, частного сыщика, служившего когда-то в полиции. Из слов Фаринтоша я получил представление, где его можно найти. Очень скоро наша встреча состоялась. Берджесс когда-то не поладил с начальством, из-за чего и был вынужден уйти, но против разговора с действующим инспектором ничего против не имел. Рассказ его состоял в следующем.

Дело было пять лет назад. К нему обратился человек по фамилии Эванс. Он много лет служил дворецким в доме Летиции Фаринтош и в один вряд ли прекрасный день подвергся обвинению в крупной краже. Пропали два драгоценных камня с тиары миссис Фаринтош. Вместо полиции, чтобы избежать лишнего шума, был нанят частный сыщик по фамилии Холмс, который и обнаружил похищенное среди личных вещей Эванса. Несмотря на это, Эванса не отдали под суд, а ограничились тем, что выставили его из дома. Дело в том, что Эванс, несмотря на то, что числился обыкновенным дворецким, тем не менее был у хозяйки на особенном счету.

Надо сказать, что миссис Фаринтош представляла собой довольно любопытный, хоть вовсе и не редко встречающийся тип людей в нынешней Англии. Ее отец, ловкий и удачливый торговец, разбогател во времена картофельного голода. Некоторые уже одним этим фактом вполне довольны, тогда как другие будто сходят с ума от того, что свалившаяся на них обеспеченность словно бы еще резче подчеркивает в их глазах простоту их происхождения, и они бросаются выискивать у себя хоть какие-нибудь мало-мальски давние корни или придумывать себе несуществующие признаки родовитости. Миссис Фаринтош мечтала сделаться респектабельной, как в чужих, так и в собственных глазах, и трудно сказать, чего при ее честности было добиться труднее. Во всяком случае, она, как особа деятельная, не ограничилась мечтами, а прилагала немалые усилия на этом поприще.