Книга Во имя Абартона, страница 68 – Дарья Иорданская

Отложив университетский вестник, Реджинальд взялся за публикации о новейших исследованиях, делая пометки в тетради. Добравшись до середины стопки — да, здесь не помешало бы магическое везение леди Мэб — он наткнулся наконец на нечто по-настоящему ценное. Реджинальд поднялся, едва не свалив на пол книги и журналы, и кинулся к служители.

— Этот прибор у вас имеется?

Джерри, не ожидающий такого напора, откровенно бездельничающий и словно школьник раскачивающийся на стуле, свалился на пол с деревянным грохотом. Поднявшись, потирая отбитый зад, он с самым недовольным видом заглянул в тетрадь.

— Проба Маршана, мистер Эншо? Это совсем новый метод, мы еще не решили, надо ли…

— Есть у вас работающий прибор?!

— Видите ли, мистер Эншо, это разработки… то есть Вандомэ… — Джерри мямлил хуже первокурсника, не подготовившего урок.

— Роанатский снобизм! — процедил Реджинальд. — Чертежи, подробное описание, что-нибудь?

— Доктор Кьюкор собрал такой прибор, — выдал наконец Джерри что-то полезное. — Он проводит исследование в своей лаборатории и…

— И я хочу с ним увидеться, немедленно.

— Нет-нет-нет, — замахал руками Джерри. — Доктор терпеть не может, когда его беспокоят во время…

— Как и все мы. Он сейчас на месте? — Джерри кивнул. — Ну так идите, юноша, и доложите, что с ним хочет поговорить человек по срочному делу. Постойте. Доктор заканчивал Абартон? Какой колледж? Неважно. Скажите, что его хочет видеть выпускник де Линси.

Джерри, ворча себе под нос, скрылся за дверью, а Реджинальд остался стоять у стойки, барабаня по ней пальцами и бесцельно перелистывая страницы своего блокнота. Молодой служитель вернулся спустянесколько минут, сильно удивленный.

— Доктор примет вас, следуйте за мной.

Реджинальд сунул блокнот в карман и поспешил за Джерри.

До сей поры Мэб относилась к благотворительности с уважением и некоторой неприязнью одновременно. Меньшая часть ее знакомых делала пожертвования по велению души, подавляющее большинство таким образом покупало себе душевное спокойствие, восхищение, налоговые льготы и тысячу иных выгод. Для нее самой тут не было ни удачных вложений, ни иных плюсов. Не считать же таковым личный кабинет в Королевской библиотеке? Она и безо всяких вливаний в книжное собрание могла получить его, стоило только попросить. И вот, в госпитале Мэб впервые порадовалась, что ее фамилия — Дерован.

Когда она представилась и назвала причину своего визита, дежурный, не мешкая, связался по чарофону с начальником психиатрического отделения, а после лично отвел гостью к тому в кабинет. Все здесь было светлым, дышало чистотой и какой-то… радостью, почти восторгом. Словно само здание пыталось как-то компенсировать пациентам и их родным случившееся несчастье.

— Извините, леди Дерован, — отчего-то страшно смутился доктор Блэк, сухощавый, лет пятидесяти, с совершенно седой, не по возрасту, шевелюрой. — Артефакты.

И отключил их. Мэб облегченно выдохнула, сбрасывая наведенную эйфорию. Как-то она в последние дни слишком остро реагирует на магическое воздействие. Следует изучить этот вопрос. Что, если «Грезы» воздействуют на нее и таким образом? Останется ли это воздействие, когда эффект самих чар будет снят?