Книга Пусть всегда будет атом, страница 79 – Тимур Суворкин

Матрос и революционерка встретили тварей внутри барака и убедившись, что они их заметили, бросились в подпол. Над головой Искры захлопнулась тяжелая, окованная железом крышка. И в тот же момент Кипятков защелкнул стальной засов. Сверху по металлу ударили и кулаки и в тот же момент множество рук принялось остервенело скрести пол, выламывая доски над ними.

– Искра рождает пламя! – криво улыбнулась революционерка и подпалила бикфордов шнур. Двести килограмм взрывчатки, одолженной из подвала старца Фофана вместе с танковыми снарядами мрачно заполняли подвал. Убедившись, что шнур горит исправно, Искра и Кипятков бросились прочь, в узкий подземный ход, что вел в сарай у бараков.

Они успели лишь влететь внутрь сарая и выдернуть опоры, заваливая ход землей, когда взрывчатка сдетонировала.

Набитый тварями барак бесшумно подняло над землей, а затем он лопнул, разлетелся, засеивая двор горящими бревнами. А затем звук вернулся и над деревней оглушительно рвануло. Сарай с треском скособочился от ударной волны.

Оглушенные, ошалевшие, строители ногами выбили заклинившую дверь и с криками, ломанулись во двор, поднимая над головой топоры и заточенные колья. Впереди всех неслась Искра, сжимая в поднятой руке тяжелую монтировку и увлекая за собой остальных.

Драться было не с кем. Лишь под обломками на месте разрушенного барака кто-то тихо, невнятно стонал. Был ли это мокрец или все же Искра поддалась общему психозу и там лежал один из решивших их запугать бандитов? Девушка не стала думать об этом и просто залила между обломками бензин из принесенной по ее требованию канистры. Лила, пока стон не сменился захлебывающимися звуками. Рядом лили бензин и остальные рабочие. Когда все канистры были опустошены, Искра щелкнула зажигалкой, и руины барака охватило яркое пламя, которое не мог потушить даже падающий с неба дождь.

IX

Наутро работы на реке возобновились, и через несколько дней мост был закончен ударными темпами. По новенькому настилу прогрохотали гусеницами несколько присланных из города бульдозеров, простучали сапоги рабочих, и на другом берегу началась корчевка деревьев и чистка осушительных каналов торфяного месторождения.

А вскоре, когда по восстановленной рабочими дороге потянулись грузовики, везущие в своих кузовах первый добытый торф, в Трудограде произошло небывалое событие. В домах на несколько часов начали давать горячую воду. Следом за этой водой вышли и газеты, в которых появились опровержения о заключении военного союза между правительством города и землями бензиновых баронов.

Искра сидела на кухне хрущевки, смотря на ночной Трудоград за окном. После месяце в рабочем поселке залитые светом многоэтажки казались странными и нереальными, почти такими же странным, как и горячая вода в кране и обжигающая ванна, в которую она залезла сразу же, как вернулась после стройки домой.

В разрывах клубящихся над городом туч давно высыпали звезды, а они все сидели за чаем с зашедшим к ней Буревестником и неторопливо разговаривали. От Искры не могло укрыться, что глава Комитета смотрит на нее по новому, так как никогда не смотрел на нее прежде.

– Я вами горжусь товарищ Искра. Горжусь очень сильно. В случае войны баронов с Краснознаменным правительство Трудограда будет держать нейтралитет. И в этом во многом есть ваша заслуга.