Онлайн книга «Маскарад Мормо»
|
«Крипте не нужны слабаки, – просочился в мысли тихий голос младшего брата. – Имя и лицо достаётся лишь лучшим». Он был прав. Те, кто не вернулся из Москвы, были недостойны её корней. Её мицелия.Её фундамента. Крипты. Потери не имели значения. «Алёна – алая, солнечная, – значилось в Криптской книге имён. – Являет собою новую форму древнего имени – Елена». Солнцева сидела за крохотным одноместным библиотечным столиком, скрытая от остальных неофитов и неофиток грубо сколоченными книжными стеллажами. Перед глазами проносились воспоминания, тревоги и мысли. Но не её собственные. Маленькая комната, увешанная странными пёстрыми коврами, бисерными картинами и… иконами. Они заставляли внутренности Солнцевой скручиваться даже оттуда – из чужих воспоминаний. Символы чужой веры чуть всё не испортили, едва не уничтожили Солнцеву. Если бы не лапа рогатого зайца, если бы не заговорённое молоко Солнцева… Солнцева, пожалуй, могла бы и не вернуться в свой родной город. – Елена, – произнесла она, расправляя перед собой старинные листы книжного разворота. – Елена. «Елена – солнечный луч» – слова в книге были рукописными. И Солнцева водила пальцем по вензелям и округлостям букв, лениво раздумывая о стремительно тускнеющих в памяти событиях Урожайной недели. Жители Поверхности оказались жалкими. Лишённые дара волшбы, изгнавшие и отринувшие её. Они не могли сделать ничего против той силы, пускай малёхонькой, ограниченной, но силы, что текла у Солнцевой в жилах. Их было так просто запутать, так легко обмануть. Заставить их видеть то, чего нет. Заставить делать то, что она пожелает. – Елена? – раздался голос Котова у неё за спиной. И имя, проскользнувшее сквозь прорези его картонной маски, прозвучало так правильно, что у Солнцевой перехватило дыхание. Она обернулась. Братец Ляли Котовой прижимал к груди «Криптскую книгу имён». Такой же экземпляр, что и у неё самой. – Что тебе нужно? – Её слова прозвучали не резко, но немного насмешливо. Сам голос Солнцевой будто изменился. – Просто любопытно, – ответил он. – Я выбрал «Мирослав». – Нам запрещено говорить об этом до На… – И ладно, – отмахнулся Котов, облокачиваясь на книжный стеллаж. – Кто узнает? – Ну, – Солнцева медленно закрыла книгу. – Я могу ведь и донести. – Технически день Наречения уже наступил, – сообщил он. – Это вопрос нескольких часов. Солнцева с трудом удержалась от того, чтобы закатить глаза. Братец лавочницы был таким… – Елена, – повторил он, заставив её дёрнуться. – Тебе идёт. В груди Солнцевой будто что-то лопнуло.И волны тепла кругами разошлись по всему телу – как рябь от брошенного в воду камня. – Мирослав тебе тоже подходит, – нехотя согласилась она. – Как зовут твою жертву? – Это имеет значение? Солнцева задумалась на мгновение. А затем пожала плечами: – Да нет. Котов мягко кивнул в ответ. Таинство Наречение было последней вехой Урожайной недели. И Солнцева, как и все остальные, снова понятия не имела, что её ожидало. От тревоги, смешанной с предвкушением, голова шла кругом. И факелы, развешанные по ритуальному залу Переходной башни, расплывались перед глазами. Света здесь хватало, чтобы разглядеть неофитов, стоящих по кругу у стен. Но было недостаточно, чтобы толком рассмотреть лица старейшин, застывших на каменном возвышении в центре. |