Книга Возвращение в Вальбону, страница 108 – Йозеф Хабас Урбан

* * *

Йозеф шаг за шагом шел по коридору, освещенному только зарешеченной контрольной лампой у потолка. В камуфляжной куртке, сгорбленный, как пантера, в черной вязаной маске, приблизился он к первым дверям, которые были закрыты на железную задвижку. Те единственные, что находились справа, были приоткрыты. Сверху из бара доносились приглушенная музыка и невнятные пьяные голоса. Он почти не слышал их, готовый к прыжку, способный сделать что угодно, лишь бы выжить. Он хорошо ориентировался в пространстве, которое позавчера прошел. Инстинкт вел его туда, где было открыто. В полутьме он споткнулся о канистру с бензином, которая и не двинулась. Рядом с ней стояла вторая, точно такая же. Он приподнял ее – она была полной. Только теперь он заметил, что у других дверей справа засов тоже не был задвинут. До него дошло, что если Яна где-то тут и жива, то она будет находиться в камере, что ближе всего к черному входу.

В большом помещении светил неяркий свет. Постель, на которой в тот раз спал инвалид, была пустой, в воздухе чувствовался запах хлороформа. На полке возле хирургического стола блестели новые инструменты – скальпели, какой-то крючок, пилка. Те старые наверняка выбросили в контейнер. Под столом на полу что-то лежало. Это были две пары металлических наручников. В тех, что находились ближе к нему, торчал ключ. Задумавшись на секунду, Йозеф вытащил его и сунул в карман.

Вот он снова в коридоре. Шум наверху усилился. Мужчина положил ладонь на дверь с отодвинутым засовом, но не открыл ее. Жива ли Яна, он узнает через минуту, а больше ничего знать он не хотел. Йозеф подкрался к лестнице, которая вела наверх, к бару. Он отчетливо слышал громкую музыку, двое перекрикивали друг друга. Он не понимал их, но ему было все равно; потом он прикрыл железные двери – звук сверху стал доноситься слабее. Он снял с головы маску, чтобы не напугать Яну. Теперь он наконец мог открыть эту сраную первую комнату!

* * *

Я лежу без движения, в полной пустоте. И снаружи, и в душе царит тьма. Девушка с рыжими волосами уже не дышит громко, возможно, уже не дышит вообще. Даже прислушавшись, я не слышу ее дыхание. Что-то громыхает в замке, но, возможно, мне это только кажется, ведь потом не раздаются тяжелые шаги. Я вижу слабый свет, который проникает из коридора в комнату. У двери маячит мужской силуэт, пробил третий час волка! Я не закрываю глаза, я знаю, что меня ждет. Но человек не зажигает свет в комнате, он держит в руке свой фонарь. Я прикрываю ослепленные глаза, и девушка у входа жмурится. Незнакомец склоняется к ней, приближает к ней лицо, на голове его нет маски.

– Это я, Йозеф, – шепчет он.

Фраза произносится не по-сербски, но я ее понимаю.

– Ты должна молчать. – Он прикладывает к ее губам указательный палец и срывает с нее скотч, запутавшийся в ее волосах.

Девушка не издает ни звука, когда отдирает липкую ленту. Он встает перед ней на колени, расстегивает наручники. Девушка по-прежнему тиха, как ночь в пустыне. Я ничего не понимаю. Они оба встали на ноги, похоже, они пара. Только эта его униформа сбивает меня с толку.

– Они наверху. – Человек указывает на потолок. – Мы должны валить отсюда!

Девушка потирает запястья, на мгновение взглядывает на меня.

– Отстегни ему наручники, – трогает она его за плечо.