Книга Тайна куриного бога, страница 39 – Юрий Шиляев

Парень, конечно, уже взрослый, скоро семнадцать, но пока влюблённостей не было, от разбитого сердца тоже Бог миловал, может, зря себя накручиваю? И вдруг перед глазами, как на экране, всплыла та девочка из четвёртого класса, с крольчонком в руках. Я снова увидела радостноепревосходство и смакование чужих мучений на её лице. Когда это случилось шесть лет назад, я не понимала, что двигало ребёнком, но сегодня стало ясно, как никогда: это было ощущение абсолютной власти над другим существом.

Я ругала себя, старалась не думать о плохом, чтобы не накликать, но материнское сердце не обманешь, оно сжималось в предчувствии беды. И снова стал сниться Арпоксай — мой незримый спутник, мой сероглазый воин. Я увидела его в ту же ночь, первого сентября тысяча девятьсот восемьдесят третьего года.

Приснилось, будто бы мы сидим на берегу Катуни, в том самом месте, где погибли Вадим и Зоя. Дороги нет, вообще никакого намёка на цивилизацию, просто склон горы, небольшое плато и Катунь, такая, какой я её не видела никогда в наше время — бушующая, стремительная, полноводная. Было ощущение глубины и невероятной мощи.

Арпоксай сидел рядом, смотрел на воду, а я смотрела на него, любовалась. Он был красив той сильной, зрелой мужской красотой, которая сейчас так редко встречается. Гордый профиль, тонкий, с лёгкой горбинкой нос, красивые губы, в меру полные. Там, во сне, мне очень хотелось прижаться к нему, ощутить вкус его губ, раствориться в нём, и Арпоксай это почувствовал. Он обнял меня за плечи, прижал к себе и тихо сказал:

— Ты знаешь, какое самое страшное преступление может совершить человек? — Я покачала головой. — Нет? Тогда слушай: самое страшное преступление — это обман доверившегося. Мир велик и враждебен человеку, а людей так мало на земле. Вот поэтому в степи, в горах, в лесу, если ты встретил путника, ты должен разделить с ним всё — еду, кров, воду, и показать ему правильную дорогу. И ты должен вести себя так, чтобы человек, который тебе доверился, знал, что ты не обманешь, не убьёшь его, не ограбишь.

— А ты убивал?

— Убивал, — спокойно ответил Арпоксай, — в честном бою, в честном поединке. Ещё защищаясь, когда нападали. Но никогда не предал тех, кто мне доверился.

Просыпалась после таких снов с чувством защищённости, казалось, что всё будет в порядке, что я не одна, и пусть этот человек мне снится, пусть его нет на самом деле и никогда не существовало, но уверенность в том, что всё будет в хорошо, не пропадала. До вечера.

Вечером приходил Саша, они с Никитой запирались в его комнате, и я, невольно слыша обрывки разговоров, забывала сны и начиналапереживать. Никита говорил только о Ларисе, делился по секрету своими чувствами. Случилось то, чего я боялась — он влюбился. Убеждала себя, что все через это проходят, и первая любовь чаще тоже проходит, но, вспоминая свою первую любовь — отца Никиты — холодела. Казалось, что моему мальчику предстоит что-то подобное. Пыталась поговорить с сыном, но он замкнулся, уходил от разговора, не делился со мной своими переживаниями. Признаюсь, я порой завидовала Саше — другу он рассказывал всё.

Беда случилась на выпускном вечере. Сначала было торжественное вручение аттестатов в актовом зале. Пришли всей семьёй: я, Василий, Люся с Антоном Павловичем.