Онлайн книга «Яд изумрудной горгоны»
|
В пятнадцать Варю приняли в Музыкально-драматическое училище Московского филармонического общества на классы к Владимиру Немировичу-Данченко, и они с матушкой перебрались в Москву – лишив Кошкина уже всякого влияния на сестру. Он полагал, что матушка достаточно строга для того, чтобы держать ее в рамках – но, кажется, ошибся. Не начав толком актерскую карьеру, младшая сестра Кошкина решилась кое-что срежиссировать сама… – Прости, прости, Степушка! – она заискивающе заглядывала ему в глаза и молитвенно складывала руки, – я знаю, что виновата, но ей-богу – хотела как лучше! Хотела помочь Сашеньке и Воробьеву, и только! И ведь все получилось, заметь! Впрочем, и общий замысел ее, и что именно «получилось», пока от Кошкина ускользало… Но он дал шанс объясниться. – Саша так любит своего химика Воробьева – а вынуждена молчать о собственных чувствах! И смотрит до того печально, и вздыхает все время. У меня сердце разрывалось от жалости к ней… А тут я еще узнала от этого француза-скрипача, чтоСинод ответил им отказом! – Так француз тоже замешан? – Нет-нет, что ты! С этим негодяем я вовсе иметь дел не желаю, – Варя вздернула подбородок, – да и болтлив он безмерно – как такому тайну доверить? Я услышала случайно… совершенно случайно! И подумала тогда, что, если бы у Воробьева появилась, допустим, любовница, или хоть его просто застали с другой женщиной, то развод был бы получен куда скорее! Зато теперь полно свидетелей, что в его – то есть, прости, твоем – доме столько времени жила его любовница-актриса. И твоя домашняя хозяйка подтвердит, что застала их, и тот профессор из университета, и даже господин Шувалов, может быть… и, разумеется, ты сам. Словом, теперь всенепременно Воробьев получит свободу и женится на Сашеньке! Ну разве не здорово? А Галиночка очень надежная девушка – она сама предложила поучаствовать и даже пообещала, что станет свидетельствовать на суде, коли потребуется, что и правда была его любовницей. Ну а что – актриса должна уметь сыграть любую роль! Кроме того, Галина прежде играла в увеселительном театре, а это тебе не Мариинский, и нравы там похлеще… – Умоляю, без подробностей! – поморщился Кошкин, которому невыносимо было даже слышать, что его младшая сестра рассуждает о подобных вещах… – Нет, ты не думай, пожалуйста, Галина – девушка исключительно порядочная! По крайней мере с тех пор, как ее приняли в Мариинский… К тому же она прекрасное знала с моих слов, какой ты хороший, и умный, и добрый, и ни за что бедную девушку, вроде ее героини, не обидишь – а непременно привезешь ее в свой дом и дашь защиту… Сопротивляться Варе и ее заискиваниям становилось все сложнее – и все же Кошкина переполнял гнев. Довольно ему и на службе интриганок да манипуляторш – а тут родная сестра! – И много у тебя, сестрица, таких «порядочных» подруг? – едко выговорил он. – Чтобы больше духу твоего рядом с этой Галиной не было! – А ты… а ты мне не указывай, Степа, я тебя не боюсь!.. Я девушка совершеннолетняя, самостоятельная, имею свой доход и ни от кого не завишу!.. – А если я матери о твоих подругах расскажу?! Варя живо переменилась в лице: – Степа, пожалуйста, не надо! Ну не надо… зачем матушку беспокоить понапрасну? К тому же я хотела как лучше – просто думала обойти глупый закон, вот и все. Что в этом такого? |