Онлайн книга «Яд изумрудной горгоны»
|
Кошкин хмуро качал головой, потому чтоего сестра, кажется, искреннее не понимала, «что в этом такого». – Ты подумала хотя бы, как это отразится на репутации Воробьева? – понизив голос, дабы не привлекать лишнего внимания, выговаривал он. – А обо мне ты подумала? Но Варю излишнее внимание не смущало – напротив, она обожала его. Будто и сейчас выступала на сцене. Лишь фыркнула и театрально всплеснула руками: – Ах боже мой, репутации мужчин подобные истории никогда еще не вредили! Тем более репутации такого безупречного зануды, как твой Воробьев! Ему даже на пользу! С Воробьевым Варя виделась лишь единожды – когда этой зимою они с матушкой приехали навестить брата и сына да застали в его квартире Кирилла Андреевича, только что съехавшего от жены. Гостили они тогда меньше недели, но проникнуться характером Воробьева успели сполна… Особенно тяжко пришлось взбалмошной Варе, разумеется, которую педантичные привычки Кирилла Андреевича, по ее же признанию, сводили с ума. Однако если б другая тихо страдала – то Варя посмеивалась над теми привычками и над самим Воробьевым, и за спиной, и открыто – чем сводила с ума уже его самого… Словом, хорошо, что тот визит был коротким. И плохо, что Варя в самом деле не понимает, как жестоко может аукнуться ее совершенно глупая авантюра… Жизнь – не театр, и аплодисментов в ней не дождешься. – А что же Александра Васильевна? – спросил он. – Тоже одобрила? – Саша, конечно же, ничего не знает… – только теперь Варя догадалась понизить голос. – И, пожалуйста, не говори ей… она бы ни за что не одобрила! Хотя бы один здравомыслящий человек был в их компании. – Откуда ты вовсе ее знаешь? Где вы успели познакомиться? – В театре, разумеется! – пожала плечами Варя. – Прошлой осенью, перед Сашиным отъездом в Европу, они с тетушкой ненадолго остановились в Москве и, представь себе, попали на мой спектакль, на «Бесприданницу». Мне досталась роль самой главной цыганки, и я пела просто изумительно… Так вот, Сашенька так растрогалась от нашей игры, что осмелилась после спектакля пойти за кулисы и нарочно разыскала меня – похвалила пение да спросила, не сестра ли я Степану Егоровичу Кошкину. Сашенька, оказывается, немного знала тебя по Петербургу. – Но не знала, что ты моя сестра, покуда ты ей не сказала? – с сомнением уточнил Кошкин. – Нет, не думаю: это выяснилось совершенно случайно… Нуа после, ты ведь знаешь, братец, как это бывает у барышень: мы сочли друг дружку весьма милыми и стали переписываться. Ведь твой Воробьев ни одного письма ей не написал с зимы – вот Сашенька и выспрашивала через меня все о нем, да о вашей жизни… – Вижу, ты очень беспокоишься о Соболевой, – с прищуром поглядел Кошкин. – Разумеется! Саша мне подруга – она и впрямь очень мила и совсем не скучная, хоть и банкирша. – А что она почувствует, если узнает о якобы любовнице Кирилла Андреевича – об этом ты подумала?! Варя растерялась. Самодовольство ее мигом слетело с лица. – Я бы непременно все объяснила Саше… Она бы поняла! Моя цель – помочь ей, а это все оправдывает, в конце концов! Кошкин качал головой уже не переставая. По его мнению, то, что сделала его сестра, было чудовищным. Вольная атмосфера театра стала ли тому виной, отсутствие жесткого воспитания или вовсе нынешняя молодежь иная – а он рассуждает как старик и в самом деле чего-то не понимает… |