Книга "Феникс". Номер для Его Высочества, страница 82 – Элиан Вайс

Это была слепая, обжигающая ярость.

Я смотрела в окно на серые ленты зимних полей, но перед глазами стояло другое лицо — идеальное, красивое лицо Вивьен с приторной улыбкой. Она снова нашла способ вонзить нож в спину. Мало ей было поджога на стройке. Мало того, что король осадил её приказом. Эта женщина была как сорняк — её невозможно было вытравить, она прорастала снова и снова.

И теперь её оружием стал какой-то призрак из прошлого. Бартоломью Крейн. Имя звучало так, будто его придумали для дешёвого бульварного романчика, которые иногда завозили в нашу деревенскую лавку. Дальний родственник моей матери, о котором никто никогда не слышал.

— Эрик, — мой голос прозвучал глухо из-за грохота колёс. — Расскажи мне про этого Крейна. Каждую мелочь, что знаешь.

Он повернулся ко мне. В полумраке кареты его лицо казалось высеченным из камня, но глаза выдавали беспокойство.

— Знаю немного, — его голос звучал ровно, но я чувствовала в нем сталь, готовую обернуться клинком. — Забулдыга. Живёт где-то на окраине, перебивается случайными заработками. Когда-то, говорят, промотал небольшое наследство, которое оставил ему отец. Всё, что осталось — долги и скверный характер. К вашей семье никогда не приближался. А теперь, — он усмехнулся, но усмешка вышла злой, — вдруг проснулась родственная любовь. Какое совпадение, правда?

— Вивьен его нашла, — это даже не было вопросом. Слишком очевидно.

— Скорее всего, её люди, — согласился Эрик. — Она поняла, что в открытую нас не взять, и решила действовать по правилам. Хотя бы по видимости правил. Подать иск от имени «законного наследника», чтобы отобрать у тебя поместье через суд.

— Это фарс, — я почувствовала, как злость снова поднимается волной. — Поддельный наследник с поддельными правами.

— Возможно, — кивнул Эрик, и в его голосе проскользнула та самая стальная нотка, от которой у меня всегда бежали мурашки. — Но суд — это игра. И у меня, — он повернулся ко мне, и в полумраке блеснула его улыбка, слишкомуверенная для человека, который едет на заведомо проигрышное дело, — тоже есть кое-какие козыри в рукаве.

Я подалась к нему, чувствуя, как внутри загорается слабый огонёк надежды.

— Какие? Скажи.

— Это будет сюрприз, — он коснулся губами моих волос. — Доверься мне. Просто доверься.

Я доверяла. И это было самое странное чувство. За эти несколько месяцев, полных огня, лжи и борьбы, я привыкла доверять этому мужчине больше, чем собственному чутью. Больше, чем кому-либо в своей жизни.

Дворец встретил нас ледяным молчанием высоких сводов и настороженными взглядами стражи.

Меня, словно опасную преступницу, отвели в маленькую комнатушку без окон. Белые стены давили, каменный пол был исчерчен трещинами, похожими на морщины старика. Эрика увели в другом направлении — «как свидетеля», но я видела, как он сжал мою руку на прощание. Этого пожатия хватило, чтобы не провалиться в отчаяние.

Время здесь текло иначе. Оно застыло, превратившись в тягучую патоку. Я считала трещины на полу, потом начала выстраивать в голове планы побега, потом дошла до красочных сцен расправы над Вивьен, представляя, как душил бы её голыми руками. От этой мысли стало легче, но ненадолго.

Когда лязгнул засов, я выпрямилась, одёрнула платье и вздёрнула подбородок. Я не позволю им увидеть мою слабость. Ни судьям, ни Вивьен, ни этому проходимцу Крейну.